Не знаю, заслуга ли это тела Элены, в котором я оказалась, или моя душа всегда была готова к материнству — просто не встретился подходящий момент. Или ребёнок.
— Хозяйка, мы подготовили всё, что вы просили! — доносится голос повара.
— Иду! — откликаюсь я, пробираясь между столиками.
На кухне настоящий хаос, но хаос управляемый. Я быстро проверяю каждую кастрюлю, заглядываю в кладовую, где рядами стоят банки с маринованными овощами и вареньями. Я никогда не думала, что мои навыки заготовок впрок, приобретённые в эпоху еженедельного планирования питания для экономии времени, пригодятся в средневековом мире.
— Кто бы мог подумать, — бормочу я себе под нос, оглядывая банки с капустой, засоленной по рецепту моей бабушки. — Спасибо видео в интернете про фермерские лайфхаки.
Кселарон снова агукает, словно подтверждая мои слова, и я невольно смеюсь. С ним так легко. Он словно чувствует ритм жизни и подстраивается.
— Даже не представляешь, какое ты сокровище, — шепчу я, целуя его в макушку.
Закончив с проверкой кухни, возвращаюсь в общий зал. Краем глаза замечаю Рама, сидящего в углу с кружкой эля. Наши взгляды встречаются, и холодок пробегает по спине. Я киваю ему со всей вежливостью, на которую способна, но внутри всё сжимается от страха.
Он знает, что я не настоящая Элена.
Пока Рам не предпринял никаких действий, но это не значит, что не предпримет.
Вот бы поговорить с Винтером… Кот исчез и не показывается всё это время, будто растворился в воздухе. Я скучаю по его ворчливым советам и проницательным замечаниям. Он хоть и раздражал порой, но был единственным, с кем я могла быть собой настоящей, не притворяясь.
"Мысли о Винтере прерывает Таша, которая подходит ко мне с озабоченным видом. Я мгновенно напрягаюсь — её лицо не предвещает ничего хорошего.
— Я отнесла еду леди Деролон, но она даже дверь не открыла, — тихо говорит она, наклонившись к моему уху.
Прикусываю губу. Свекровь заперлась в своей комнате с тех пор, как я «поставила её на место». Сначала меня это устраивало — никаких колких замечаний и попыток отобрать у меня Кселарона. Но уже тревожно.