– Нет уж, племяш! – Нерг поднял руки, словно сдавался. – Я простой вояка и готов командовать армией, но на трон сядешь ты, и не спорь!
Он рубанул в воздухе ребром ладони.
– Нейр, ты можешь положиться на своего дядю, – поставил точку в этом споре Данте и вытащил меч из тела короля.
С удивлением я уставилась на Темный Огонь, из которого Данте небрежным движением создал клетку. Получается, он сейчас может им управлять?
Морщась от боли и зажимая рану здоровой рукой, Нарваг устроился на полу поудобней.
– Де-де! – крикнул вдруг малыш и протянул ручонки к королю. – Де-де! Бо-бо!
Служанка, которая держала Ниара на руках, не решилась подойти ближе, и ребенок расплакался. Нарваг сменился в лице. Он как будто испугался и растрогался одновременно. Подавшись к внуку всем телом, насколько позволяла клетка, он выдохнул:
– Ниар, мой мальчик!
Впервые на его лице промелькнуло что-то действительно человеческое.
С удивлением я осознала, что для этого ребенка он был по настоящему добрым и любящим дедушкой.
Аурелия была безжалостна:
– Унеси маленького принца в покои, Мейла! Ему пора спать, – скомандовала она служанке.
– Нет! Дайте мне попрощаться с внуком! – Заметался король, а потом повернулся к Нейру и принялся хитрить: – Сынок, ты же не поступишь так жестоко со своим отцом? Позволишь мне попрощаться с Ниаром, прежде чем лишишь меня жизни?
Лицо Нейра ар Гэрхэя осталось безучастным, но его снова била дрожь.
Подобные решения, касающиеся близких, принимать очень сложно. Я поняла, что казнь собственного отца сломает принца. Он не такой, как генералы-драконы. И подавно не такой, как его коварный отец. Но не всем же быть безжалостными воинами?
– Данте? – привлекла я внимание мужа и достала из потайного кармана дар Геретты.
Не пришлось даже «громко думать», чтобы он меня понял и кивнул.
Я подошла к принцу и протянула ему шкатулку. Нейр медленно поднял голову и посмотрел на меня с удивлением.
– Что это?
– Наказание, которое предложила для Нарвага ар Гэрхэя сама Геретта, – ответила я. – Остаток дней он доживет обычным человеком, только не допускайте его больше к власти и не позволяйте воспитывать в своей манере внука.
– Я лично за этим прослежу, – пообещала Аурелия и выхватила шкатулку из моих рук.