И вновь я побежала, преследуя этот запах. С каждым мгновением он усиливался, приближая меня к его источнику.
Но вдруг он резко испарился, а передо мной оказался широкий ручей. Я подошла к нему, думая о том, как перебраться на другую сторону. Но совершенно неожиданно, в отражении воды я увидела морду огромной пумы…
***
В ужасе я проснулась. За окном только начинало светать.
Я уже и забыла, когда мне снились нормальные, обычные сны. Либо вообще ничего не снится, либо какая-то непонятная ерунда.
Попытки вновь уснуть не увенчались успехом. Бестолково провалявшись ещё час, я поднялась с постели, чтобы принять контрастный душ для придания себе хоть какой-то бодрости.
После завтрака я решила приготовить себе на обед овощное рагу со свининой, чтобы после университета прийти домой и сразу поесть, а не стоять как всегда голодной у плиты.
Отправив нарезанные овощи и мясо тушиться, я спустила из своей комнаты учебники по экономике и принялась ещё раз повторять материал, поглядывая за блюдом на плите.
Время тянулось неожиданно медленно. Уже и обед был готов, и экономика повторена вдоль и поперёк, а на часах было всего девять утра. До пересдачи оставалось ещё два часа, которые я не знала, чем ещё занять.
И тут в голову мне пришла совершенно сумасбродная идея — отыскать в лесу то же место, которое сегодня мне приснилось.
Я и сама не очень-то понимала, зачем я хочу туда пойти, но во мне бушевало какое-то дикое любопытство, будто я там что-то найду."
"Быстро собравшись, я вышла из дома и вскоре оказалась на привычной мне лесной тропе. Обычный запах леса наполнял мои легкие. Сколько я ни старалась почувствовать отдельные его ноты, как это было во сне, но ничего не выходило. Выделить я могла, разве что, хвою, которую не учует только лишь человек с полным отсутствием обоняния.
Наконец, я дошла до нужного места на тропе и свернула вглубь леса. Продолжала усиленно принюхиваться, но никакого особенного запаха я не ощущала.
Этого и следовало ожидать. И о чем я только думала? На что вообще рассчитывала?
К подошве босоножек налипала сырая земля, от чего идти становилось труднее. Ноги тоже были изрядно попачканы и исцарапаны ветками.