Он вдруг узнал, что жизнь его мамы была совсем другой и вовсе не совпадает с каноническим житием советской святой. Для него это шок, достаточно серьёзный, чтобы вызвать сердечный приступ. Может, сжечь их к чёрту?
— Он не сделал этого.
— Ну да, да, ты прав. — Соня посмотрела на часы, горестно шмыгнула носом и выехала на трассу. — Ладно, давай дальше про двух людоедов.
— С удовольствием. Редкий случай, когда ты меня слушаешь, а не я тебя. Так вот. Поделили Польшу, Гитлер стал получать интересную информацию о реальном состоянии Красной армии.
— Стоп! Не верю! — Соня как будто проснулась, отвлеклась наконец от невыносимых мыслей о папе. Стала слушать внимательнее, прокручивать в голове университетский курс новейшей истории.
"— Да, — легко согласился Нолик, — такого рода версии навсегда останутся вопросами веры и неверия. Точных доказательств нет. Понятно, что если встреча состоялась, то потом оба участника сделали все, чтобы не осталось ни документов, ни свидетелей.
— Вокруг Сталина и Гитлера вообще много мифов, — заметила Соня, — я, например, читала у одного вполне авторитетного историка, что Сталина в тридцать восьмом омолаживали, в Боткинской больнице ему провели операцию по имплантации желез.
Нолик ничего не ответил. Он вдруг замолчал, насупился, достал сигарету.
— Не вздумай курить, — предупредила Соня, — открывать окно холодно, мы назад повезём маму, если она учует запах в салоне, запилит меня до смерти.
— Софи, а ведь там среди фотографий был ещё и профессор Свешников, — пробормотал Нолик и покорно убрал сигарету назад в пачку, — ты сейчас сказала про омоложение, и я вспомнил! Сталин очень интересовался этим, очень. Может, железы ему и не пересаживали, но Институт экспериментальной медицины проблемами продления жизни занимался весьма серьёзно. Я недавно видел документальное кино по телевизору, как раз об этом.