В конце концов она оставила бесплодные попытки отдохнуть и стала просто ждать, когда в половине седьмого зазвенит будильник.
Как только электронный звоночек бибикнул в первый раз, Настя тут же прихлопнула кнопку ладонью, встала и ушла в ванную. Когда через пятнадцать минут она вышла оттуда, Павла в квартире уже не было. Настя подошла к окну и посмотрела вниз. Ни черного «Сааба» Сауляка, ни серебристой «Ауди» на улице не видно. Она недоуменно пожала плечами и стала варить кофе. После бессонной ночи голова была чумная и вялая, и мысли в ней шевелились медленно и неохотно.
Она допивала вторую чашку кофе, когда звякнул дверной звонок. Настя вздрогнула и, прежде чем идти открывать, выглянула в окно. «Сааб» Павла стоял прямо под окнами.
– Прошу извинить, – холодно сказал Павел, входя в квартиру, – мне нужно было кое-что проверить. Я хотел убедиться, что мне не подсунули ничего взрывающегося в машину. Заодно и увел их подальше от вашего дома, чтобы вы могли спокойно отправляться на работу.
– А зачем же вы вернулись? – удивилась Настя.
– Хотел попрощаться. Завтра я снова уеду, а может быть, и сегодня. Вряд ли мы с вами увидимся в ближайшее время, если, конечно, опять что-нибудь не случится. Вы оказали мне гостеприимство, и я не хочу быть невежливым. Кроме того, я обещал, что утром отвезу вас на работу.
«Ну, хитрец! Ты же вскочил ни свет ни заря с одной-единственной целью – увести эту парочку подальше от меня. Почему же ты так не хочешь, чтобы я с ними пообщалась, а? Почему ты так боишься, что я узнаю, кто они такие?»
– Это не обязательно, – улыбнулась она.
Он отрицательно покачал головой.
– Если вы не хотите, чтобы я вас отвез, тогда я пойду.
– Идите, – кивнула она, зябко кутаясь в халат: в прихожей было намного холоднее, чем в кухне, где уже почти час были включены конфорки.
– До свидания.
– Всего доброго, Павел.
– Берегите себя.
– Постараюсь. И вы тоже.
– Будьте осторожны.
– И вы тоже, – усмехнулась Настя, отметив про себя, что он снова не называет ее по имени. Странные все-таки манеры у этого господина Павла Сауляка!
Закрыв за ним дверь, она подошла к окну и стояла там до тех пор, пока не увидела, как Павел сел в машину и уехал. И только после этого она почти физически ощутила, как напряжение, вызванное его присутствием, стало отпускать ее.