Да сократит их года Господь! Как и сестру Риа, меня ждало бы отчисление, ибо те результаты, которые я показывала, не годились для дальнейшего обучения.
Первые три года директриса вздыхала о своей погибшей Магнолии. Названая матушка обставила все так, будто я умерла от ветряной оспы. На самом деле умерла другая девочка, которую и звали Инари. Мне же достались ее документы, а несчастную похоронили под моим именем. К своему стыду, я не помнила жизнь до перехода в главное здание. И даже имени, которым меня нарекли при рождении.
Я бросила последний взгляд на отражение в зеркале и вышла из дамской комнаты. Лучше поторопиться в класс, иначе новая порция оскорблений и насмешек мне обеспечена.
Вздохнув, робко постучалась в дверь. Получив разрешение, зашла и тихо скользнула на свое место.
Сестра Риа даже не посмотрела в мою сторону.
Прозвенел колокол – сигнал поспешить всем на обед.
Женщина, брезгливо поджав губы, громко возвестила:
– Инари, пост начнешь с завтрашнего дня, – и с явным сожалением добавила: – Сегодня можешь поесть.
– Да, сестра Риа. – Я покорно склонила голову. – Благодарю.
Внутри клокотал гнев. Наказание за что? За то, что отказалась пользоваться принесенными покровителем мазями?! Раз не устраивает моя внешность, какого черта было брать меня под свое крыло?
Хмыкнув себе под нос, надзирательница царственно удалилась из класса.
Ярость туманом застила глаза. Зачем продолжаю терпеть, если меня уже точно не выгонят? Каждый из трех благодетелей подписал договор на прошлой неделе.
Мой мозг лихорадочно подбирал новые аргументы в пользу выбранной роли, но разум и логика твердили обратное: эта игра больше не имеет смысла. Я сдалась, находясь в шаге от цели, когда желанный трофей – моя свобода была практически в моих руках. Проиграла избалованным властью мужчинам. Ну зачем, зачем им уродина?
– Моль! – Окрик Глории вывел из раздумий.