– А мне Раймос отказал в дополнительных занятиях!
«Еще бы не отказал», – стрелой промчалась мысль в голове. Учитель по верховой езде уже устал от жеманных девиц, пытающихся навязать ему свое общество.
– В сторону! – крикнула Глория, однако общий гул заглушил ее голос.
Потасовка на паркете переросла в избиение. Викки, которая первые минуты успешно укрывалась от ударов, сейчас пыталась обернуться ко мне лицом. Когда подняли других девушек, у нее это получилось. И теперь она полностью накрывала меня своим телом, оберегая от тумаков обезумевших воспитанниц.
"– Идиотки, – прохрипела Виктория и вздрогнула от нового удара.
Мне казалось, этот кошмар никогда не кончится. Я пыталась стряхнуть с себя девушку, но получилось лишь приобнять ее. На меня волнами накатывали то ярость, то непонятное чувство спокойствия. Хотелось и вскочить на ноги, чтобы броситься на обидчиц, и лежать смирно, дожидаясь, пока они утихомирятся. Это двойственное ощущение сводило с ума. Внутри меня разгорался пожар, дыхание участилось, голова шла кругом.
Неожиданно сквозь гомон воспитанниц мой слух уловил дребезжание, словно в зал ворвался ветер и потревожил хрустальные подвески на люстрах. Еще мгновение, и пространство взорвалось от криков перепуганных девушек и звона разбившегося стекла.
В который раз я попыталась отпихнуть Викторию, но она только сильнее прижала меня к себе. Я абсолютно ничего не понимала и не видела, уткнувшись лицом в декольте Викки.
– Не бойся, – прошептала она дрожащим голосом.
В данный момент из нас двоих была напугана именно она. Но что послужило причиной ее страха? Медленно и, как мне показалось, осторожно девушка скатилась с меня. Если я рассчитывала увидеть хоть что-то после того, как моя голова получила свободу, то зря. Вокруг была темнота, где-то слева кто-то всхлипывал, справа кто-то подвывал.
Опустив руку на пол, чтобы приподняться, чуть не вскрикнула. В нее не только впился острый осколок, но еще и ладонь обожгло горячей смесью.
Воск от свечей?.. Значит, осколок – это часть разбитой подвески?
– Что здесь происходит? – прервал редкие всхлипы голос матушки Геллы.
Я чуть было не вскочила и не ломанулась на яркую полоску света, пронзившего темное помещение из открытой двери, но была остановлена мокрой рукой. Лишь спустя секунду до меня дошло, кому она принадлежала. Виктория удержала меня на месте. И правильно сделала. Я была не одинока в своем спонтанном желании сбежать из бального класса.