Поскольку в доме проживали трое детей, родители очень опасались нападения насильника из восточного Сакраменто. Все двери и окна были усилены и снабжены дополнительными замками. Стеклянная дверь, ведущая во двор, была заблокирована, т.е. не открывалась вообще. Для предотвращения её открывания в направляющие, по которым катались створки, были вкручены саморезы. Преступник эту дверь открыл, просто с силой рванув вбок, в результате чего створка срезала торчавшие саморезы точно ножницами. Тот шум, что услышала Эллен, как раз и произвела открываемая дверь.
Разумеется, этот грохот должна была услышать и спавшая наверху 8-летняя девочка. Однако во время допроса выяснилось, что девочка вообще не спала, а потому видела и слышала много больше, чем смотревшая телевизор Эллен."
"Как было сказано выше, девочка отправилась наверх около 21:30. Очень скоро, буквально через 5—10 минут, окно её спальни осветил луч фонаря. Поначалу девочка не придала этому особого значения, однако, через некоторое время луч вторично осветил окно.
Между тем к дому на Касилада-вэй прибыл кинолог с собакой. Как не раз бывало и прежде, обученная собака легко взяла след Гиены и повела полицейских в сторону реки Сакраменто. Это показалось необычным, поскольку здравый смысл подсказывал, что преступнику надлежало двигаться в сторону Вест-Сайд хайвея, дабы как можно скорее выйти за периметр полицейского оцепления.
Дело заключалось в том, что вдоль реки была насыпана дамба, по верху которой проходила велосипедная дорожка. Когда полицейские с собакой, идущей по следу преступника, выскочили на дамбу, они увидели неподалёку группу из трёх рыбаков — это была семья, вышедшая к реке на ночную ловлю.