А где же Ю Су? Ах, вот же он, стоит в раскидистой тени дерева, похожего на китайскую розу, и мило беседует с тремя молодыми негритянками из бывших рабынь… Те улыбаются во весь рот, белые зубы так и светятся… Ю Су размахивает руками, рассказывая что-то при помощи жестов своим собеседницам, и очень напоминает петуха, распустившего перед курами свой роскошный хвост.
Камилла Альбертовна и сама невольно заулыбалась. «А что если Ю Су женить на всех этих женщинах? — подумалось ей. — Уверена, он будет не против!»
Перед ужином она всё-таки поговорила с Димой наедине, выйдя для этого вместе с ним на полюбившуюся ей террасу.
Однако Камилла Альбертовна начала ласково:
— Сынок, я рада, что ты счастлив…
Дима даже немного растерялся. С любопытством он смотрел на мать, пытаясь понять, серьёзно ли она говорит и не устроит ли сейчас сокрушительную головомойку, к которой он, впрочем, был готов, и намеревался дать решительный отпор.
— Сынок, я не против того, чтобы ты женился на этих девушках… — с улыбкой сказала Камилла Альбертовна, заметив, как изумился Дима таким неожиданным словам.
— Правда, маменька? А я думал… — сказал он и замолчал.
— Да, Дима, я не возражаю, тем более что твой отец согласен на этот брак… Это решено.
— Спасибо, маменька! — горячо воскликнул Дима. — Они очень хорошие. Они будут прекрасными и почтительными невестками, я уверен! Они любят меня, маменька! — И он засиял, словно начищенный пятак; глаза его так и метали лучи счастья, непроизвольно заражая и Камиллу Альбертовну его настроением.
Однако она должна была сказать ему главное."
"— Сынок… Послушай… Я понимаю, что ты совершенно поглощён своими новыми переживаниями, но, знаешь… — Она немного помялась, прежде чем приступить к деликатной теме. — Я бы хотела, чтобы все выглядело прилично. И до брака, и после, ведь ты с своими женами, как я понимаю, собираешься продолжать жить в этом доме… Так вот… Начну я с того, что девушкам нужна комната попросторней.