Раз уж йор Гравлунд лично меня привел, значит, я не так проста.
Мою ладонь бережно стиснули и сразу же выпустили.
— Начнем с парной разминки. Прошу в центр — йоруна Маранни против Гарральта, — потер руки преподаватель.
Наследник нахмурился. Он всегда терпеть не мог несправедливость и счел нужным за меня заступиться:
— Райли? Он же ее размажет и не заметит.
— Вот и посмотрим! — оптимистично заявил йор Гравлунд.
Помедлив, я двинулась к обозначенному алой линией кругу для спаррингов.
Если для экзамена его сократили до трех шагов в диаметре, то сейчас по площади он не уступал небольшой аудитории человек на двадцать.
Жаждущих дополнительной летней практики собралось сегодня немного, всего девять, не считая принца. Что-то мне подсказывало, что это и есть все некроманты со старших курсов. На боевой факультет их берут неохотно, да и в принципе поступление в академию — уже подвиг.
Раньше еще существовал вариант служения при храме Мараям. Но по понятным причинам сейчас этой возможности нет.
Мою медлительность Райли принял за страх и ободряюще подмигнул, занимая позицию напротив:
— Не переживай, милая, я детей не бью.
Я отвесила себе мысленную оплеуху. Молодец, отлично завоевываешь уважение старших!
— Не стоит себя сдерживать, — усмехнулась в ответ. — Враг может принимать любой облик. Даже самый невинный.
Никакого преувеличения и поэтических сравнений."
"Во время прорывов вскоре после основных атакующих сил в виде сваргов и натвигов подтягивались шаптари. Если их не уничтожить сразу, твари отправлялись бродить по окрестностям, принимая вид волков, лис или низкорослых людей, в зависимости от первой жертвы, что попадется им на пути.
На имитацию полноценного взрослого человека им не хватало массы, потому получались эдакие карлики с крупной головой, похожие со спины на детей лет семи-восьми. Спереди принять за настоящего ребенка невозможно, поскольку пасть шаптари тянется от уха до уха и полна зубов настолько, что не закрывается до конца. Потому частенько они прикрываются волосами, чтобы жертва не распознала подставу издалека.