— И полагаю, что вы могли бы избежать визитов к душеправу. Но решили приехать ко мне. Потому как были уверены, что вам это выгодно. И знаете, кажется, я понял, в чем эта самая выгода заключается.
— И в чем же? — осторожно спросил Федор.
— Вы решили сбросить на меня вину за произошедшее. Думаю, что вы посчитали, что если на вас начнут давить, то вы вполне можете сказать, что молодой и неопытный душеправ не справился с вашей терапией. Что он посоветовал вам развеяться. И подтолкнул отправиться получать яркие эмоции в какое-нибудь нехорошее место.
На другом конце провода молчали. Я каждую секунду ожидал, что в динамике зазвучат короткие гудки.
— У вас богатая фантазия, — процедил после паузы Федор.
— А у вас плохой секретарь. Это он вам посоветовал провернуть подобный трюк? — осведомился я. — Имейте в виду, что я квалифицированный мастер. А значит, могу отчитаться за каждое сказанное на сеансе слово.
— А как же тайна лекаря? — тотчас вскинулся Федор.
— На дисциплинарной комиссии все тайны будут сорваны. И поверьте, после этого могут возникнуть вопросы к душеправам, которые занимались вами ранее.
— Вы серьезно? — деловито уточнил мужчина. — Не шутите?
— Какие уж тут шутки, — усмехнулся я.
— Но все это будет оставаться внутренним расследованием, — предположил артист. — Я скажу, что неправильно вас понял. Что до прежних душеправов, то это они нарушали закон.
— Все так, — терпеливо продолжил я. — Но вы должны понимать, что тайну проще хранить, когда о ней знают двое. Когда же начнут вскрываться эпизоды, то знающих о вашей практике «недолечения» станет все больше. Как считаете, сколько душеправов могут пострадать? Сколько у них помощников и секретарей?
— На что вы намекаете? — голос Федора стал глухим.
— Кто-нибудь обязательно расскажет эту историю репортерам.
— Вы мне угрожаете? — прорычал певец.
— Не повредите связки, — посоветовал я. — И это не угроза. Мне не о чем беспокоиться. Я пройду любую проверку, а потом подам на вас в суд за клевету. Даже если суд будет закрытым, вы не сумеете избежать наказания. Вы не с тем связались, Федор Борисович. Пусть я не имею большого опыта в лекарском деле, но могу защитить свою репутацию. Вы не учли этого?
— Вы все не так поняли, — мужчина откашлялся.