Выразилось это в том, что он чуток потеплел взглядом и велел мне, сопроводив слова движением ствола:
— Цепляйся за порожек. Будешь висеть, пока не взлетим, потом осторожно заползешь. И чтобы без резких движений! Усек?!
Конечно, усек. А Майк-то, оказывается, совсем не без башки. Я было подумал, что он меня тут бросит, а он всего лишь себя обезопасил. Хотя по большому счету все эти телодвижения зря, я и так бы его не тронул. Слишком велико потрясение от гибели Серджио. Меня сейчас можно брать тепленьким, подчинюсь с радостью…
Что, собственно, я и проделал, шагнув к глайдеру, нижний срез пассажирского люка которого уже был на уровне моей груди — скорость растворения катамарана впечатляла.
— Не глупи…
Агеластос не договорил — беда пришла, откуда не ждали. Я, ясен пень, глупить и не собирался — поищите дураков от спасения отказываться в другом месте, — а вот у Тинки на этот счет оказалось иное мнение. Видать, нервы не выдержали — ничем иным объяснить ее поведение я не смог ни в тот момент, ни в последующем.
— Тинка, хватайся!
Черт! Похоже, только хуже сделал — едва та глянула на Анхеля, как снова завизжала и попыталась повторно дотянуться до обидчика ногтями.
— Анхель! Держи Фрэнки!
Потом виновато глянул на меня и буркнул:
— Попробую высотой сыграть. А ты успокой дуру!
Ага, как будто это так легко сделать, особенно с учетом того факта, что осталось у нас уже минуты полторы-две, а потом придется искупаться… вернее, присоединиться к Серджио.