— После четырёх родов, с каждым разом прийти в форму всё труднее и труднее, и всё равно моя форма это никак не они…
— И что? Главное, чтобы твои формы нравились твоему мужу, а ему они нравятся. — попыталась успокоить подругу Ида.
— С чего ты так решила?
— С того, как он на тебя смотрит.
Пришло время вешать нос и Иде, Влад когда-то и на неё так смотрел, как эти похотливые самцы на девушек в бикини-костюмах. От его взгляда, что он бросал на неё в спальне, когда она была абсолютно голая, Иду и сейчас бросила в давно забытую дрожь от возбуждения.
Всю неделю с самого их неблизкого знакомства ко всем прочим мыслям Иды промешались мысли об этой женщине, связью с которой Влад так легко поставил под угрозу их с Идой отношения.
— Я думаю, Стас мне изменяет. — вдруг сказала Вера, с болью в глазах, глядя на подругу.
— Почему ты так думаешь?
— Все признаки на лицо — прячет телефон, нервный и раздражительный, часто пропадает на работе.
— Ты же говорила, вы теперь всё время вместе?
— Вместе… — вздохнула Вера и затараторила, выговаривая свою боль. — Но он будто не со мной. А я… Я… Не знаю, что делать! Я всегда была такой заводилой, что говорю то и думаю, а тут не могу поговорить с собственным мужем, просто спросить, есть у него кто-то или нет? Что если есть? Моя семья кончится в один день!
— Стас тебя любит, он никогда бы так с вами не поступил! — с полной уверенностью в чужом муже сказала Ида.
— Ну знаешь, как бывает, любить то люблю, но трахать хочу вот такую вот! — махнула рукой на школьницу в клетчатой юбке, что заняла место Клеопатры.
— Вера! Ты что здесь делаешь?!
Вера и Ида синхронно повернули голову в сторону мужа одной из них. Стас, бледный как мел, в помятой рубашке, застёгнутой на неправильную пуговицу у шеи, в пиджаке и брюках из разных ансамблей оголтело смотрел на свою жену.