Усмехнувшись себе и своим талантам лицедея, он вытащил из кармана две свергнутые бумаги, развернул и ещё раз прочитал то, что там написано, раздраженно скомкал, закинув в пепельницу.
Вместе с сигаретным дымом к небу устремился пепел несбывшихся надежд семьи Ковалевских, что развеял Филин, своими собственными руками, успев перехватить настоящие результаты. В его личной игре появилась новая переменная в виде отца несчастного Кости. Филину нужно было перегруппироваться, решить, что с этим делать, а Соня пусть пока побудет безотцовщиной, так будет лучше для неё и её мамочки.
— Как много мы делаем ради тех, кого даже не любим… — усмехнулся он, бросая слова в темноту ночного города, где его никто не услышал.
Глава 31
Ида уже полчаса наблюдала, как Котик играет в песочнице вместе с Соней, которой в общем-то было всё равно, слушает он или нет, отвечает ли, главное она разговаривает, да и он вроде как с ней играет. Мать со стажем в семь лет и двумя детьми, никак не могла понять, что в этом мальчике никак не дает ей покоя, кроме факта его появления на свет и диагноза, что поставил врач в маленьком городке где-то под Питером.
Этот странный поворот головы, когда он будто пытался что-то внимательнее рассмотреть — вот, что никак не давало ей покоя. Ида внимательно изучила его неврологические диагнозы, карту прививок, и вот, что выяснила — мать часто переезжала, судя по зачеркнутым адресам в карточке, и ей стало пофиг на сына, после того как ему поставили диагноз аутизм и умственная отсталость.
Между тем, мальчик не казался Иде глупым, он брал игрушки в руки и понимал, как с ними играть, накладывал в ведерко песочек, делал куличики, очень аккуратно и последовательно строил из мягких кубиков что-то одно ему ведомое.