Она с трудом открыла глаза, так и есть — всё вокруг голубое, нежный небесный цвет, усыпанный синими крапинками, что за бред? Где она? За окном забрезжил рассвет, она лежала на кровати, укрытая пледом, в неудобном узком платье и в чулках, под которыми ужасно чесалась кожа. Ида попробовала поднять руку и почесать коленку, в которой чувствовала саднящую боль, её старания не увенчались успехом, рука будто налилась свинцом и не хотела двигаться. На Иду вдруг обрушился ледяной отрезвляющий дождь из мыслей — она не помнит, что было ночью! Она не знает, где она находится! Она чувствует себя точно также как и в тот раз, когда провела ночь в отеле с незнакомцем! Колесо обозрения сделало полный оборот и Ида оказалась там же, где и была — на самом дне пропасти.
Её тело и голова будто действовали отдельно друг от друга, по щекам потекли слезы отчаяния, внутри нарастала паника и сердце бешено отстукивало ритм, а вот конечности отказывались паниковать, спокойно и размеренно, они плавно двигались, получая заторможенные сигналы от полуобморочного мозга.
Ей нужно было зеркало! Мозг уцепился за эту мысль и она протащила её по всему коридору, вынуждая заглядывать в закрытые двери.
Из зеркала на неё смотрела незнакомка, откуда у неё рыжие волосы? Почему она одета, как женщина, которая собралась устроить вечер госпожи со своим рабом? Мысли всё никак не хотели собраться во что-то цельное и логичное, прояснить хоть что-то, и ускользали от неё, оставляя после себя лишь отголоски команд для Иды, как для собаки Павлова.