Влад нехотя встал с кровати, поправил ей подушки и простыню и коснулся губами виска. Пахло от неё всё также — родной и любимой женщиной.
— Ну теперь всё понятно с ней. — усмехаясь сказал Филин, когда Влад присоединился к нему на кухне.
— Что тебе, блять, понятно? — процедил сквозь зубы Влад. — Что ты опять хуйню мне на уши вешаешь? Она вышла из вагона, шлялась полдня по Москве, заметь, на такси, которое вызвала с телефона. А твои люди, что делали? Еблом щелкали!
— И твои тоже! — парировал Филин.
— И им вставлю!
— Влад, послушай, я не знаю, кому ты вместе со своей женой дорогу перешел, но у меня таких проколов никогда не было.
Влад схватился за голову и нервно начал расхаживать по кухне и гостиной, всё завертелось так, как ему совсем не нравилось, его малышка опять чудом осталась жива и лежала в его постели.
— Слушай, друг, для меня это теперь дело принципа, даже, если ты мои услуги больше оплачивать не будешь. — вздохнул Филин. — Я столько лет выстраивал надежную, неподкупную систему людей, которым можно доверить жизнь, что теперь мне самому интересно, кто этот волшебник, что тыкает палочкой в бетонную стену и там появляется дверь.
"Мужчины пожали друг другу руки и Филин покинул семейное гнездышко для шлюх. Влад, как и договорились, начал действовать по обстоятельствам — взял большой мусорный пакет и начал уничтожать всевозможные улики присутствия здесь других женщин.
Она лежала к нему обнаженной спиной, а он просто смотрел на неё. Разглядывая позвонки и ребрышки, проглядывающие сквозь бледную кожу, он ужаснулся её худобе. Ему в голову пришла страшная мысль, что она не просто бедно жила, а буквально голодала.