От отчаяния хочется кричать, звать его по имени, но не вовремя сорванный голос отобрал у меня такую возможность.
Пока бродим среди погибших в поисках пропавшего, уцелевшие маги и воины то и дело припадают перед северянином на колено. Йемрен коротко им кивает, но при этом ни на минуту не отвлекается от главной цели. Иногда он влезает в самую гущу мертвых тел, а потом снова с сосредоточенным видом принимается обходить территорию.
Примерно через час у меня заканчиваются силы. Начинаю тормозить, вынуждая дракона замедлить шаг.
— Ищи его сам. Я подожду тебя здесь, — шепчу.
— Разделиться — это не вариант, — он, нахмурившись, окидывает мрачным взглядом горы мертвых тел и сжимает пальцы в мощные кулаки. — Все бесполезно. Его запаха здесь нет.
— Даже если случилось самое страшное, — тихо произношу, — мы его найдем. Ведь драконы не обращаются в пыль после смерти, правда?
— Он не умер, — принц качает головой.
— Откуда?
— Я чувствую нить его жизни.
— Может, ты почувствуешь тогда, где нам эту нить искать, пока она… есть? — шепчу умоляюще.
— Ирэя, я не всесилен, — рычит дракон.
Внезапно он садится рядом со мной и на несколько мгновений устало прикрывает глаза.
— Ты не представляешь, как долго я мечтал порвать его на куски. Он украл тебя. Предал меня и волю отца. А теперь, получается, он нас с тобой спас.
Во время этой короткой, но такой трогательной исповеди к нам, прихрамывая, приближается мужчина. Одет он, как маг, вот только очень потрепанн. Рукав сюртука порван, оголяя некогда белую рубашку. Лицо перепачкано то ли кровью, то ли грязью почти дочерна.
— Мой принц, я приветствую вас и умоляю простить мне мой обман!
— Дариус? — шепчу, обрадованная. — Слава Богу, вы живы!
— Нашел время каяться! — устало бросает Йемрен, а маг продолжает:
— Я готов понести любое наказание…"
"— Никогда больше, — жестко обрывает его северянин, зло буравя глазами, — не смей мне лгать. Никогда.