Атмосфера накаляется, однако ораторшу это нисколько не смущает:
— Да, да, да… Я не спорю, под его правлением была создана стена, купол и налажена поставка таранита, лучшего источника магического ресурса. Однако, думаю, вы согласитесь лорд Сандер, — внезапно тон выступающей становится жестким, а глаза с напором буравят сидящего рядом с ней хмурого седовласого господина, — что он бы не одобрил ваше развеселое двоеженство. А вам, лорд Хантон, — королева переводит взгляд на следующего гостя, примечательного своими пухлыми габаритами, — он наверняка запретил бы торговать заморским дурманом.
Упомянутые лорды теперь сидят, как в воду опущенные. Недовольный шепоток стих. Даже звона приборов больше не слышно. Королева обводит присутствующих торжествующим взглядом:
— Мне продолжить или вы наконец согласитесь, что мой муж был занудой и при моем правлении вам живется куда привольнее?
— Да, моя королева, — раздается в унисон несколько унылых голосов.
— Вот и я так полагаю, — тон женщины сразу на несколько градусов теплеет. — Итак, господа, вас наверняка заинтриговала приписка в моем приглашении «отказа не приемлю». Вы, разумеется, уже поняли, что на сегодняшней встрече произойдет нечто важное, — женщина опять неторопливо обводит присутствующих взглядом, будто прицениваясь к их мягкотелости.
"— Мой покойный муж мыслил слишком узко. Вечно выбирал сложные пути, вместо того, чтобы увидеть простые решение, лежащее буквально у него под носом. Я же покажу вам простой путь к процветанию, господа. Вместо того, чтобы воевать с врагами, я собираюсь с ними договориться. Итак. Знакомьтесь! Посол виедов! — под нарастающий гул королева указывает на входную дверь, что сейчас раскрывается, впуская в изысканное убранство зала странное, неуместное здесь создание, вдоль и поперек обвешанное шкурами.
На шее ожерелье из крупных клыков. На голове вместо шляпы — страшная звериная морда, с ощеренной пастью, скрывающей пол лица. Видны только рот и подбородок, усыпанные шрамами. Сам он размером с хорошего исполина, едко воняющего потом и мокрой псиной. Ощущение такое, будто вся эта толпа рафинированных лордов — для него букашки, которых мог бы раздавить одним мизинцем.
При виде гостя от Кейрона раздается едва слышное рычание.