Согласна с ним, но слышать его слова обидно.
— Я тоже бежала. Что еще я могла сделать? Я пыталась говорить с тобой, но ты не слушал. Какой у меня был выбор? Подчиниться? Пытаться убить тебя или себя?
— Знаю, я виноват. Я не имею никакого права просить тебя все забыть и начать с чистого листа. Потому что ты не забудешь. И я не забуду. Это всегда будет с нами.
Вздыхаю. Он прав. Я не смогу забыть.
— Я ведь до сих пор не знаю, как тебе удалось стереть метку.
— Мне помогла Богиня. Эйвери и Матушка-настоятельница провели ритуал, после которого исчезли и метка, и прежняя Ясмина.
— Твоя новая внешность это навсегда?
— Богиня сказала, что это мой истинный вид. Придется тебе смириться. Или ты рад?
Он переводит тему разговора, не желая отвечать на этот вопрос.
— Сбежать из дома тебе тоже помогла мать?"
"— Нет. Мне помогла Лилия. Она сказала, что в порту меня будет ждать корабль, а на деле за оградой меня поджидали бандиты, которым заплатили аванс за мое убийство. Лилия с самого первого дня хотела меня извести.
Кулаки Эрнана сжимаются.
— Лилия ответит за все.
— Поступай с ней как знаешь, — отвечаю равнодушно. После того, что она натворила, я не собираюсь за нее заступаться. — Но сначала, нам нужно справиться с виренами. Драконицы могут помочь, только их нужно сначала убедить вернуться в наш мир. А для этого придется изобразить любящую семью.
— Мне не придется ничего изображать, потому что я и так люблю тебя и наших детей.
Кулаки Эрнана сжимаются.
— Лилия ответит за все.
— Поступай с ней как знаешь, — отвечаю равнодушно. После того, что она натворила, я не собираюсь за нее заступаться. — Но сначала, нам нужно справиться с виренами. Драконицы могут помочь, только их нужно сначала убедить вернуться в наш мир. А для этого придется изобразить любящую семью.
— Мне не придется ничего изображать, потому что я и так люблю тебя и наших детей.
Глава 32. Зоопарк
Уже на следующий день мы идем с Эрнаном по мощеной белым кирпичом широкой улице острова дракониц. За нами чуть поодаль, опустив голову вниз, идет Тала. Портальный камень не перенес нас во дворец Богини, а выкинул на городской площади.
Я несу малышку Миру, так мы назвали нашу дочь. Нам показалось, что это имя созвучно со словом «мир», который нам всем сейчас так необходим.
Сына нарекли Ринаром.