Нервы по очереди расслабляются и снимаю нервозность со всего тела. Его руки, отмирают на моей спине. Мягкими, теплыми подушечками пальцев, он проходит по каждому позвонку. Считает снизу вверх и в обратном порядке.
Тяжело вздыхает, тянет время, чтобы наверно подобрать слова.
- Ника, я хочу, чтобы мы были вместе всегда. Я нашел тебя и теперь, не хочу даже думать, о том, что могу тебя потерять. Сейчас, как никогда, я чувствую, что только рядом с тобой, я на своем месте. Я не лишний, на этом празднике жизни.
- И я тебя люблю.
Уже под утро, когда начало просыпаться солнце, мы договорились, что едем в деревню.
Глава 67
Созвонившись с Сашей, договариваемся, что после обеда мы будем у них. По телефону женщина счастливо щебетала и параллельно наказывала своему мужу срочно ехать в магазин и купить необходимые продукты. Как бы я ее ни уверяла, что это лишнее и мы ненадолго, она даже слушать не стала. Минут тридцать она зачитывала мне меню на обед, а после спохватившись, что может не успеть, поторопилась попрощаться и положила трубку.
Тимур все это время ходил и только улыбался, видя, как я принимаю ее команды.
- Что? – Не выдержав, спрашиваю его.
- Я не знаю кто эта женщина, но она мне уже нравится. Ты ее слушаешься и принимаешь каждое ее слово.
- С ней просто бессмысленно спорить. Проще сделать так, как она говорит.
А сама понимаю, что он намекает на себя. Я по-прежнему с ним спорю и не уступаю в некоторых вопросах. У меня, как барьер внутри стоит, и я до последнего стою на своем.
Я позвонила Лене и пригласила с нами съездить в деревню. Она согласилась, но не сразу. Долго пришлось ее упрашивать и убеждать в том, что там чистый воздух, отличная компания и она точно не пожалеет о своем положительном решении.
Собравшись все вместе, мы поехали. По дороге из города я смутно узнавала вид из окна. Пестрые вывески придорожных кафе и вагончиков с пирожками. Так, они ничем не выделялись из той массы, что постоянно присутствовала в таких местах. Дальше, когда мы проезжали мимо заправки, я вдруг почувствовала на мгновение, те эмоции, которые меня тогда давили. Горло, будто сжала невидимая рука, глаза защипала.