Которая в силах и убить любого из братьев, если не остановиться… Так что Альдор намеревался строго присматривать за братом. А пока он шагнул к Фебу, сжимая его ладонь и глядя в глаза.
– Спасибо тебе. Я тоже выполнил, что обещал. В моей камере письмо нужному человеку из церковной верхушки. Как только Мэри попросит развода, ей дадут его без проволочек. Позаботься о ней и Айрин. Ты будешь для них лучше, чем я, – с легкой, почти дружеской улыбкой Альдор положил ладонь на плечо Феба, слегка поджимая пальцы, прежде чем отпустить.
А тот улыбнулся, взглянув на братьев Соулов иначе. Без злости. Они и вправду были так похожи сейчас. Когда Райнора отпустила боль, он распрямил плечи и оказался едва ли не выше Альдора. Феб протянул руки обоим, пожимая, и морщась от боли в порезах. У братьев были точно такие же."
"Вспомнился ритуал, пляшущее живое алое пламя свечей, грозившее наброситься на них и сожрать всех троих… По спине Феба невольно побежали мурашки от воспоминаний. Но усилием воли он отогнал их. Феб теперь истинный мастер смерти.
– Не думайте, что так легко отвязались от меня, – смешно сморщил Феб нос, не чувствуя никакой ненависти к Соулам более.
Пройдя с ними через что-то большее, чем кровь и даже смерть, он будто почувствовал, что они – все трое – очистились изнутри. Изменились. Стали другими. Новыми людьми.
Феб подошел ближе к Альдору и заглянул ему в глаза серьезно. Пытливо. И негромко сказал:
– Я знаю, что бы ты там ни говорил, тебе дорога твоя дочь. Я позабочусь об Айрин. Но ты можешь навещать ее в любое время. Только предупреди заранее, я устрою так, чтобы Мэри не было дома.
Где-то за спиной Феба раздался нахальный смех Райнора и выкрик наглеца:
– Ревнивец!
Феб лишь с улыбкой показал Райнору кулак издалека. И продолжил:
– Твоя дочь остается твоей дочерью.
Феб обменялся с Альдором понимающими взглядами. Даже Райнор не знал о том, что Мэри – попаданка. Узнает ли? Феб не знал. Но точно не собирался сообщать об этом второму Соулу.