- Вполне, — закатывая глаза, снисходительно соглашается Волков. — Вот только она тебе не понадобится в ближайшие три часа, — указывает глазами на сумку, выхватывает ее и ловко закидывает на заднее сиденье. — Пойдем, купим кляп и распорки. Там есть комната, где можно все это сразу и опробовать. Кстати, и шумоизоляция там хорошая. Снимаем на часик до кино, попробуем, что тебе больше подходит и делаем выводы. Я, кстати, обожаю зажимы для сосков. Свет, да шучу я, — улыбаясь в тридцать два зуба выдает Волков. — Видела бы ты сейчас свое лицо.
— Куда? — ошарашено спрашиваю я.
— Ты слышала куда. Даю руку на отсечение, что ты не пробовала фаст фуд. В ресторан тебя вести глупо, судя по фотографии, стоящей в гостиной ты там была. Возможно и не раз. Надо что-то попроще, то, что тебе в обычной жизни не удалось вкусить в твои двадцать один год. Или я ошибся, и ты там была?
— Не была, — растерянно произношу я, наблюдая за тем, как Волков берет мою ладонь в свою руку.
— Тогда пойдем.
— А вы накинуть на себя ничего не хотите?
— Я убегал с отделения, как в жопу ужаленный, так что, если бы даже и захотел, не смогу, верхняя одежда осталась там. Ты в кинотеатре-то когда-нибудь была?
— Была. Правда, в открытом. Мы с бабушкой до моих семнадцати лет каждое лето ездили отдыхать в Крым. Там и ходили в открытый кинотеатр.
— А как стукнуло семнадцать у Светки выросла грудь и бабка запретила надевать тебе купальник, ну и, стало быть, никакого море и кино, угадал? — ускоряя шаг на светофоре, а заодно и ведя меня за собой, без тени шутки интересуется Волков.
— С чего вы взяли, что она у меня вообще выросла?
— Как это с чего? Первое на что обращает внимание мужчина, моя дорогая Света, это фигура, собственно грудь и попа. У тебя все в нужных местах выросло.
— А лицо? — вполне серьезно интересуюсь я, входя за Волковым во всеми известный ресторан быстрого питания.
— Смотрим, еще как. Но это если долгосрочно. А если, — медленно наклоняется к моему лицу, и убирая волосы на бок, шепчет мне на ухо. — Просто трахнуть, то можно развернуть задом к себе, и на морду лица не смотреть в процессе.
— Грубо.
— Зато правдиво. Твою грудь я приметил с первого дня. Ну и личико само собой. Черт, надо было сказать про душу, да? Извини, не подумал. Не люблю звездеть понапрасну.