На ней была странная майка с принтом на груди то ли Че Гевары, то ли Фиделя Кастро, и длинная цыганская юбка с оборками и красными маками. В ушах болтались длинные серьги, а лицо покрывал толстый слой грима. Кажется, Афанасьева была еще и пьяна, потому что покачивалась на высоченных каблуках и бессмысленно улыбалась.
Татьяна подхватила ее под локоть.
– Ты не Сычева? – пощупала ее Афанасьева.
– Нет, я не Сычева.
– А где Сычева? Сыче-о-ова! – громко крикнула Афанасьева и ринулась к двери, в которую действительно заходила Сычева.
– Танька, ну ты и вырядилась! – вместо приветствия возмутилась Сычева. – Это что, опять – вызов? Ты пьяна?
– Чуть-чуть выпила. Коньяку, который Глеб прятал на полке, за книгами. Я счас все объясню. У меня стресс! Даже два стресса...
– Зачем ты нас сюда вытащила? – зашипела Сычева, оглядываясь по сторонам.
– Девочки! Я приглашаю вас на ужин.
– И кто будет платить за этот разврат? – усмехнулась Сычева.
– Есть один доброволец! Я вас познакомлю. Он сидит и ждет нас в Царском зале.
– Действительно, не имеет, – себе под нос сказала Сычева, и троица направилась в зал, где уместнее бы было носить кринолины, а не обычную одежду.
Лепнина и позолота, официанты в париках и камзолах, свет, ослепляющий, сбивающий с ног – Татьяна зажмурилась и попятилась в надежде удрать, но Сычева сильно пихнула ее кулаком в спину.
Они подошли к столику, за которым сидел молодой, черноволосый красавчик в безупречном костюме, гладко выбритый, холеный и благородный, как лорд.
При чем тут она? При чем тут новости о Глебе?
Увидев троицу, подошедшую к столу, красавчик привстал и застыл, вытаращив глаза.
– Здравствуйте, Флек! – весело воскликнула Афанасьева. – Вы хотели видеть меня сегодня вечером в наилучшем виде в «Праге»? Намекали на свою щедрость? Вот она я!! – Она раскинула руки и покрутилась, развевая подол своей чудовищной юбки. – А это мои подруги. Я без них ни-ку-да.
– Меня зовут Игорь. – Красавчик сел на стул и вытер белым платочком вспотевший лоб. Вид у него был растерянный.
– Его зовут Флек! – воскликнула Таня. – Он отличный парень и завидный жених. Его мама готова женить его даже на табуретке. Рекомендую, девочки!
– Ну что ж, – вздохнула Сычева, усаживаясь за стол, – меня зовут Таня и я хочу есть. Впрочем, нас всех зовут Танями и мы все хотим есть.