— Я часть Каморры.
Он стоял и смотрел на меня без тени эмоций.
— Что со мной будет? Чего хочет от меня твой Капо? — хрипло спросила я.
На секунду его взгляд смягчился, и это был самый страшный ответ, который он мог дать мне.
— Отряд напал на нас на нашей собственной территории. Римо жаждет возмездия.
Ледяной ужас сковал меня изнутри.
— Но я не имею никакого отношения к вашим делам.
— Нет, но Данте твой дядя, а твой отец и жених высокопоставленные члены Наряда.
Я посмотрела на свои руки. Костяшки пальцев побелели как мел от того, что я вцепилась в ткань платья.
— Значит, он заставит их заплатить, причинив мне боль?
Мой голос сорвался. Я прочистила горло, изо всех сил стараясь сохранить самообладание.
— Римо не раскрывал мне своего плана, — сказал он, но я не поверила ему ни на секунду. — Он может использовать тебя, чтобы подкупить твоего дядю и заставить передать часть его территории ... или его советника.
Дядя Данте никогда не отдаст часть своей территории, даже ради семьи, как бы ни умоляла его моя мать, и не отдаст одного из своих людей, своего советника.
Мое зрение снова поплыло, и я рухнула обратно на матрас.
Сквозь туман я услышала голос Римо.
— Изменение планов. Пусть она выспится, пока мы едем. Мы провели слишком много времени в этом месте. Нино снова звонит. Он предлагает нам отправиться прямо сейчас. Он послал за нами вертолет в Канзас.
Данте пытался спасти меня. Папа и Данило тоже будут искать меня. И Сэмюэль, мой Сэмюэль, будет искать меня. Если бы мы все еще были на территории Наряда, не вся надежда была потеряна.
Г Л А В А 3
• ────── ✾ ────── •
СЕРАФИНА
Я проснулась в машине, свернувшись калачиком, наполовину запутавшись в платье. Фабиано сидел на заднем сиденье рядом со мной, но не смотрел на меня.
"Я не была уверена, дали ли мне еще один транквилизатор или мое тело испытывало трудности с последствиями первой инъекции. Я не ела весь день и почти ничего не пила. Низкий стон сорвался с моих губ.
Фабиано и Римо посмотрели на меня сверху вниз. Темные глаза Римо заставили меня содрогнуться от страха, но и взгляд Фабиано не принес утешения.