Бросивший учебу, сумевший собрать вокруг себя группу состоятельных, гораздо более молодых ребят и приобщить их к наркотикам. Его отец был членом мафии до того, как я избавился от него, претендуя на власть, но сын был еще более бесполезен, чем отец.
Рот его был заклеен скотчем, а глаза широко раскрыты от ужаса. Я протянул Адамо один из своих пистолетов. Как посвященному, ему не разрешалось брать с собой оружие.
Адамо направил дуло в голову Мейсона. Я был достаточно близко, чтобы видеть легкую дрожь его рук.
Мейсон упал замертво. Адамо вздрогнул под моей рукой и медленно опустил пистолет, выражение его лица было жестким, но в его глазах я видел намек на конфликт. Со временем станет легче. Мужчины одобрительно кивнули, и Адамо встретился со мной взглядом.
— Пора делать татуировку.
Нино вышел вперед с татуировкой, а Савио пододвинул стул. Адамо сел, закатал рукав и протянул руку.
— Думаю, пришло время развлечься, пока мы ждем, когда Нино закончит татуировку.
Я хлопнул в ладоши, и один из барменов открыл другую дверь. В комнату ворвались наши самые красивые полуголые шлюхи. Большинство моих мужчин приняли мое предложение, но некоторые предпочли напитки женским развлечениям.
Я подошел к братьям. Нино все еще обрисовывал нож. Он был живым и метким. Я не хочу, чтобы наши татуировки делал кто-то другой. Даже Савио остался рядом с Адамо, но его глаза блуждали по комнате в поисках шлюхи на потом.
Адамо стиснул зубы, наблюдая, как Нино делает ему тату. Убийство беспокоило его больше, чем Савио, Нино или меня, но, как и все мы, он в конце концов справится с этим.
— Хочешь выпить, Адамо? — спросил Савио.
Адамо удивленно посмотрел на него.
— Конечно.
— Виски?
Адамо кивнул и поморщился, когда Нино начал заполнять зрачок. Савио вернулся с четырьмя стаканами на подносе и вручил по одному каждому из нас. Я поднял бокал.
— Мы против всего мира.
— Мы против всего мира.
Мы выпили виски, и Адамо закашлялся, не привыкший к крепким напиткам. Нахмурившись, Нино поднял иглу.
— Я все испорчу, если ты продолжишь двигаться.
Он поставил пустой стакан и подождал, пока Адамо успокоится, прежде чем продолжить.
Когда татуировка была сделана, Нино встал, и я подозвал своих людей. Шлюхи остались сзади. Они знали, что им здесь не рады.
Адамо уставился на свою испачканную чернилами руку. Я протянул руку с татуировкой.