Просто поедем, купим, и он отвяжется.
Собираюсь быстро, без особых заморочек. На улице прохладно, поэтому мой лук – светлые джинсы, белая футболка и спортивная кофта, тоже белая.
Ноги сую в сетчатые кроссовки. Волосы убираю в хвост наверх, чтоб не мешались.
С мужем встречаюсь за воротами. Он уже выгнал авто.
На нем тоже джинсы, местами драные. Тонкая белая футболка с бежево-чёрным принтом, белые кроссовки. И я как-то даже торможу, увидев его в таком стиле.
Он чаще всего одет нестрого, но это… Какой-то пацанско-хулиганский стиль.
На его мощной фигуре это… Это…
- Ты тоже хорошо выглядишь, козочка. Едем.
- Я… Ты.… - бормочу.
- Не забудь пристегнуться.
Справляюсь быстро. Я уже привыкла к его машине.
А к нему самому? Начинаю привыкать?
Нет, нет и нет! Повторяю про себя несколько раз для пущей убедительности. Ворчу сама на себя.
А Головин в прекрасном настроении. Включает музыку негромко. Начинает что-то там мычать в такт.
Я отворачиваюсь в окно.
Мне нравится Красноярск. Не такой масштабный, как Москва, но и не маленький.
А ближе к Енисею город разрастается новыми районами.
Хотела бы я остаться тут жить? Может быть.
А Головин тут, интересно, надолго? Не захочет ли скоро опять поехать в столицу… Там больше развития, удобнее путешествовать. А делами можно руководить дистанционно. Да и в Москве у него какой-то бизнес есть. Уедет?
Какая мне разница вообще?!
- Приехали, козочка, - голос мужа вырывает из мыслей.
- Меня зовут Арина!
- Вот и пусть зовут. А некоторые ещё и по отчеству. Но я-то - другое дело.
- Я тебя скоро буду осликом звать, - кривлюсь.
- Ну это как-то несолидно.
Закатываю глаза.
Мы приехали на одну из главных улиц. Здесь нет крупных торговых центров. Бутики расположены отдельно, на первых этажах зданий.
Головин идет прямиком к бельевому. Настроен решительно.
А вот я отстала. Муж оборачивается.
- Ммм?
Встаю на крыльце. Хмурюсь.
- Мне не по себе.
- Почему? - вздергивает бровь.
- Я никогда не ходила вот так… по магазинам… с мужчиной.
- Совсем недавно мы покупали тебе кроссовки.
Ну сравнил!
- По таким магазинам…
Вообще родители приучили меня не слишком бояться того, что обо мне подумают. Они сами были порядочными людьми, но не тряслись перед общественным мнением.
Но сейчас на меня накатывает… Я и взрослый богатый мужчина. На меня будут смотреть, как на…
Глажу ладонями предплечья. Мне зябко.