И вдруг появляется странный мальчишка, который говорит, что шанс выиграть войну есть. Выиграть, а не умереть с боем!
«Мда», — подумал я, вглядываясь в суровые лица, озаряемые всполохами костра. — Стоит мне снять маску, и за Камаем пойдут безо всякого убеждения. Но за ним, а не за мной. И уж тем более не за истиной. А если бы я сейчас врал?'
Айнур молчал, и фехтовальщик взял на себя роль спикера:
— Что сделаешь ты, заяц, когда твои парни окажутся в пещерах Белой горы?
— Я попробую выяснить, кто такие Дьайачы и почему они дают нам оружие.
— Но это невозможно, — развёл руками Чиен. — Они не говорят с простыми смертными.
— Никогда? — уточнил я.
Чиен погладил ладонью подбородок и задумался. А потом вдруг рявкнул:
— Ну хоть ты помолчи!"
"И тут я увидел Вигру. Он терпел, наверное, изо всех сил. Верно, Чиен попросил его сидеть молча.
Но всё-таки у Айнура было три родовитых ближника, и этот парень с косичками — привык быть одним из тех, кто командует.
— С чего ты взял! — выкрикнул он. — Что сумеешь разгадать то, что не смог сам правитель Юри! Все знают — он ходил в Белую гору! Он пытался говорить с духами!
— Терий Верден хочет попасть за перевал! — мне тоже пришлось включить громкость на максимум.
— Но перевал не пропустит вайгальцев, — сказал Айнур.
— А как он тогда пропустил Эргена?
— Эрген — маг из рода драконов, мальчишка!
— Терий Верден — тоже маг из рода драконов! Думаю, он придумал способ.
— И ты думаешь, что поймёшь, как будет действовать терий Верден? Что обменяешь это знание на разговор с духами?
— Думаю, — кивнул я. — Потому что вижу наш мир иначе. Его законы. Я как будто открываю его заново.
— Но мы-то почему должны тебе верить? — взревел Симар, рванулся встать и рухнул под тяжестью соседей.
Раздались крики. Те, кто сидели вокруг костра — спорили. Но не между собой, а с Симаром, который и поверженный на землю продолжал орать, что нельзя драконам слушать ушастых зайцев.
Я понял: воины Айнура, может, и не понимают, чего я хочу, но верить готовы.