Если налегке, и ногами как следует шевелить.
Это с грузом они плелись весь вчерашний день. Ночевали прямо на тропе. И теперь им здорово хотелось отдохнуть на мягком войлоке. Только почему-то не в юрте Нишая.
Я выдохнул — баба с возу, и волки сыты. И мы проводили караван.
Радостный Шонк тут же захлопотал над припасами. Мясом он был обеспечен: волки устроили ему крытый амбарчик, где в холодке у реки вызревала подвешенная к стропилам оленина. А вот ячмень приходилось экономить.
И вяленое мясо — тоже. Оно было солёное, а иной соли у нас не имелось.
Зайцы тоже оживились — они перебирали одежду. Вся она была с чужого плеча. Но и нам — не на подиум.
Оружие зайцам я брать не разрешил — велел разложить на шкуре, чтобы Айнур смог оценить его качество, когда удосужится выбраться из юрты Шонка.
Мельком оглядев всё, что нам привезли, я взялся за Незура: где был, почему пьян?
Воин уже совсем протрезвел и перетрусил ужасно. Ведь печать привязывала его именно ко мне, а «хозяин» был очень недоволен.
— Где ты шлялся⁈ — спросил я грозно.
Йорд — он и в самом деле выломал палку — подступил с ней к воину. Наставник решил не размениваться на воспитательные беседы.
По вайгальскому табелю о рангах Йорд не имел права наказывать воина не из своей дюжины, но у нас уже всё так перепуталось, что он решил плюнуть на старые законы.
— Убери! — рассердился я. — Если человека бить — надежды на него не будет даже с печатью.
— Так он же продал наш яд! А деньги пропил! — не выдержал Йорд.
Наставник долго сдерживался, пытался быть вежливым с чиновником, а тут ещё с алконавтом приходится цацкаться!
— Да я же не нарочно! — у Незура побагровело лицо, задрожали руки.
— Не знал, что арака так хорошо пьётся? — усмехнулся я.
— Эрликом клянусь — не знал! — воин ударил себя в грудь растопыренной пятернёй. — Думал, обмою продажу! Хорошо продал! Тридцать монет дали за каждый горшок! Кошель пришлось покупать! Я выпил-то немного совсем. А потом — ещё выпил немного. А потом — совсем ничего не помню.
Незур развёл руками, печально опустил голову.
Йорд недоверчиво хмыкнул. Он не знал, что бывают среди монголоидов способные спиться буквально с одного раза.
— А может, отравили его? — спросил Айнур.
Явился — не запылился наш командир. Сел рядом с мечами. Начал перебирать.
— Или околдовали? — спросил Чиен.
Он тоже подошёл. Мрачный, под глазами черно. Но к оружию потянулся, не утерпел.
— Пока будем считать так, — кивнул я.
Мне надо было посоветоваться с Шасти насчёт лечения алкоголизма.