Чиен, на миг очнувшись от дрёмы, чтобы поддакнуть Айнуру, снова начал клевать носом. А Йорд так и вообще сидел, уставившись в землю. Он был на месте колдуна — таким же связанным и лишённым всех прав, и понимал его лучше всех. Но защищать не собирался.
Айнур быстро перебрал амулеты на поясе. Наверное, опасался, что колдун будет вредить нам после смерти.
На его лице было написано что-то вроде: «Голову-то отрезать легко. А если демоническое отродье начнёт мстить?»
У нашего предводителя даже мысли не возникало, чтобы оставить Нишаю жизнь.
Пришлось пояснить:
— Я не про способ убийства. Я вообще не уверен, что нам полезнее мёртвый колдун!
Мои слова прозвучали как выстрел или сигнальный свист. Воины уставились на меня с удивлением: это какая же в колдунах может быть польза?
Пришлось продолжить:
— Аргументы «за» и «против» у нас такие. Нишай — враг, он воспитан как враг. И ещё — он слишком много знает о наших планах.
Майман фыркнул:
— И где тут аргументы «за»?
— Есть и «за», — пояснил я.
— Да зачем это надо⁈ — перебил меня Айнур.
— Затем, чтобы мы не проиграли войну так же, как в первый раз! — рассердился я. — Разве ты будешь спорить, что армия колдунов — это армия людей образованных, умеющих читать карты и донесения, просчитывать действия противника? Умеющая мыслить тактически и стратегически! Она же вас на голову переиграла!
— Так ты что? На самом деле хочешь оставить в живых этого⁈.
Он обернулся к полусонному Чиену, но тот пожал плечами:
— Ты это же говорил про союз с Майманом, — напомнил он. — И про то, что мы возьмём в совет едва опушившегося барсёнка. И когда ютпы напали…
Фехтовальщик зевнул.
— Так ты на его стороне? — Айнур вскочил и схватился за меч.
— Угомонись, — отмахнулся Чиен.
— А если уцелеет? Да что вы все сидите, как дохлые рыбины!
Айнур завертел головой, апеллируя к вождям вольных племён.
Майман пожал плечами, а Ичин с неохотой выпустил изо рта самодельную трубку:
— Не можем договориться — будем голосовать, — отрубил он. — Как решим — так и будет.