— Бусы продавать не буду, — покачал головой Сакал. — Возьми в дар.
Он открыл один из сундуков — другой мебели в юрте и не бывает, достал длинную связку из хорошо обработанных жёлтых камушков.
Спросил:
— Знаешь, что это?
— Янтарь.
— Когда-то здесь кругом было море, — сказал Сакал задумчиво. — Пусть жена Кая носит бусы в память о том, что всё изменится рано или поздно. Исчезнут горы, уйдёт вода. Только наша душа бессмертна.
Я взял из его рук тёплые камни.
Мы сговорились по монетам и ячменю.
Сакал предложил мне ночлег, но нужно было ещё найти охотников, что обосновались в городе. И я, попрощавшись с караванщиком, выскользнул в кромешную тьму.
Мавика пришлось взять за шлейку на шее — бедняга совершенно ослеп. Мы двинулись в сторону колдовского круга камней, туда, где жались друг к другу жилые и заброшенные аилы.
Мне нужно было найти охотника, которого я спас из лап колдуна. Или передать ему весточку.
Я понимал, что поспать сегодня, скорее всего, не придётся, но это было не страшно. Страшнее то, что меня просто тянуло в круг колдовских камней.
Ведь если там и в самом деле Нишай — самое время перерезать ему горло, пока он не наболтал на мешок, подвешенный на дерево.
Глава 8
Нишай
Нишай оскалил зубы: улыбка — признак доброжелательности и отсутствия страха.
Нужно было срочно выяснить, кто этот мерзавец Кай, укравший дочь Нгайалая и вынудивший её к замужеству? Или колдун сам продал ему девчонку? Но зачем?
И что вообще происходит в этом странном месте?
Где Йорд?
Нишай ни разу не видел дюжинного волчьих всадников императора, но ему вполне хватало ума и зрения, чтобы разглядеть — фехтованием с мальчишками занимался не чёрный, а красный дракон!
Это был молодой воин из вражьего стана, судя по роскошной перевязи и ухоженным, заплетённым в косички волосам, — достаточно знатный.
Если это заговор, то масштаб просто ужасал. Нангай с папашей и неким «Каем»? Или сам Шудур? Против терия Вердена?
Но зачем же Шудур послал сюда Нишая? Чтобы спалить собственную игру?
Загадка была мозголомная. К тому же имя Кай было в ходу и у вайгальцев, и у кочевников, и даже у дикарей.