Спросил пленника:
— Есть ли у охотника по имени Куш родня в городе?
— Ещё один брат и тётка, — с готовностью ответил парень.
— А шрамы у него приметные есть?
— Откуда? — удивился он. — Брат — очень хороший охотник. Он колдунов не боится! И даже демонов!
— Ну, допустим, — выдавил я, понимая, что Куш вполне мог хвалиться победой над демоном. — А где сейчас стоит аил волков, где останавливается твой брат, когда приходит в город?
— В горелом… — парень вдруг осёкся и поднял на меня глаза.
Я выглядел как вайгалец. Он понял, что может выдать своих, и замер, тяжело дыша.
— Господин? — подал голос один из охранников. — Не убивайте его. Иначе наш хозяин никогда не сможет вернуться в своё тело. Его ждёт смерть или изгнание. Ведь никто не знает, что он сменил личину.
— А где он сам?
— Я не знаю. — Воин даже руки прижал к груди, чтобы я поверил ему. — Он взял тело охотника и ушёл. Велел сторожить его тело здесь и ждать возвращения.
— А рассказывать он об этом велел? — нахмурился я. — Чего это ты разболтался?"
"— Нет, господин, — воин покачал головой.
— Вы — под печатями? — осенило меня. — Готовы сделать всё, чтобы его спасти?
Я кивнул на «Нишая».
— Да, господин.
— Сколько вас здесь?
— Ещё полдюжины, господин. Смена. Они отдыхают в соседней юрте.
И если я убью «Нишая» — погибнут видимо все? Забавно.
— Хорошо, — кивнул я. — Давайте заключим сделку. Вы расскажете мне, куда направился ваш хозяин…
— Это невозможно господин, — перебил меня воин. — Он никогда не говорит, куда направляется.
— Но с чего-то же он подорвался? Как это произошло?
— Мы уже готовы были внести его в город, господин. Но хозяин увидел охотника. Юношу, чьё тело он взял.
— Сам увидел?
— Да, он велел остановить паланкин и подарить дикарю сапоги.
— Хорошо. А потом?
— Потом он спросил дикаря про приречную долину, далеко ли до неё. Обменялся с дикарём телами, взял с собой четырёх воинов и отправился пешим по караванной тропе.
О-па… Так значит, Нишаю уже доложили, что он «гостит» у нас?
И пока я тут шляюсь, эта зараза разоряет мой пионерский лагерь?
А у меня же там Шасти!
Глава 11
«Красный» меч
Лицо Незура не было приспособлено под выражение тонких эмоций. Я кожей ощущал, что бешено скалюсь.