После Эмма переводит взгляд на злосчастный календарь, долго считает, загибая пальцы, а потом почему-то улыбается и смеется.
Громко так и совершенно искренне.
– Что смешного? Я не понимаю. Эмма, объясни же, я сейчас инфаркт получу. Может, надо ехать в больницу? Это что, кровотечение? Я что-то повредил?
– Нет, – еще больше смеется она. – Просто мы – два пьяных идиота. Не было у нас с тобой Вегасе ничего. НЕ БЫ-ЛО!
– Но пятна? – вспоминаю первую испорченную простынь.
– Месячные, – глупо хихикает Эмма.
С моих губ сорвался нервный смешок.
Я пнул носком тапочка осколок чашки, а после сам расхохотался и бросился к жене…
– Ну, Эмма! Надеюсь, в третий раз такого не будет!!! Иди ко мне, я тебя съем!
* * *Этим днем на работу мы решили не идти.
И я, и Эмма заслужили внеплановый выходной, в который хотелось посвятить себя только друг другу.
– Может быть, в бассейн? – спросил я, стоя рядом и внезапно опасаясь обнять ее. Это было совершенно несвойственное мне поведение.
Сказать кому такое – не поверят, а вот настал и мой час.
– А может, лучше кино? – ответила Эмма, замирая напротив и неловко сцепив руки. Она прикусила губу и посмотрела на телевизор.
– Хорошо, давай какой-то новый экшен включим?
– Или старую комедию, – широко улыбнулась она.
Я растерянно пожал плечами, и вдруг жена подалась вперед и обняла меня, глядя глаза в глаза:
– Кажется, у нас разные вкусы на фильмы, – шепнула Эмма.
С готовностью обхватив тонкую талию руками, тоже не смог сдержать улыбку:
– Зато вкусовые пристрастия у нас похожи. Обожаю смотреть, как ты ешь мясо.
Она чуть округлила глаза, а после откинула голову и громко, заливисто расхохоталась.
И сразу прошла неловкость, клянусь, ее будто рекой счастья смыло.
– Ты – просто чудо, – сказал я то, что обязан был сказать давно, – и мне было невероятно хорошо с тобой сегодня.