И тем не менее, своя квартира – это уже было очень хорошо…
Оборачиваясь назад, я вдруг начинала четко понимать, почему ко мне прицепился Генри и так долго вешал лапшу на уши. Дочь хирурга, со своей квартирой, хорошим дипломом, сбережениями на счетах и протекциями отца. Кажется, с меня просто хотели поиметь много денег….
От мыслей отвлек звонок в дверь.
Я вздрогнула и бросилась открывать. Явно муж вернулся. Ну а кто еще это может быть в такое время?
– Ты что-то забыл, Хьюго? – спросила, широко распахивая дверь и замирая от неожиданности.
На пороге стояла она. Макгонагалл… Кажется, я не ошиблась с образом, разве что со степенью ее отправления на тот свет.
Старушка, если ее язык так поворачивался назвать, выглядела лет на шестьдесят пять. Одетая в брючный костюм бежевого цвета, на котором каждая стрелочка была отглажена так идеально, что об нее можно порезаться, она казалась в высшей степени женственной и эффектной. Седые волосы пробивались из-под невообразимой широкой шляпки с огромными бутонами роз по полям.
Бросив взгляд на кисти ее рук, я насчитала не менее пяти дутых перстней с большими камнями…
Никак английская королева пожаловала на порог квартиры?
Позади леди стоял высокий мужчина, в черной ливрее и с собакой корги на руках, такой ухоженной, что даже ее бантик на макушке смотрелся куда более изысканно, чем я после часа у зеркала.
– Гав-гав-гав! – высокомерно подтвердила мои мысли собака.
– Фиона, тихо, – сдержанно обронила “английская королева”, и собака тут же смолкла.
Женщина тем временем медленно осматривала меня с ног до головы, и против воли возникало странное ощущение, будто мое тело засунули в аппарат МРТ. Это даже не рентген, это хуже…
Тонкие губы леди, обрамленные мелкими морщинками, сжались в узкую полоску при оценивании моих “кроликов”. Еще уже губы стали, когда дело дошло до босых ног. Я даже пальцы поджала под себя – так стало неловко…
– Так вот она какая – жена моего внука, – ровно и сухо произнесла бабуля, снова глядя в лицо и без приглашения делая шаг мимо меня в квартиру.
Будто соглашаясь с хозяйкой, корги опять гавкнул.
– Тише, Фионочка! – Тон женщины потеплел на сотню градусов. – Ричард, отпусти ее. Разве не видно, она устала сидеть на ручках!
– Слушаюсь, мэм. – Мужчина в ливрее послушно опустил собаку на пол.