Мне, впрочем, тоже.
Хьюго улыбнулся. Показал, кажется, все зубы в этом оскале.
– И не надейся, Эмма, – ответил он, подхватывая со стола ноутбук и усаживаясь на стул уже с ним. – Контракт здесь. Можешь работать, вносить правки и расставлять смайлы. Все в твоей власти. Вечером, как только вернусь, посмотрю, что ты там составила.
Фыркнув, хотела послать его в далекие дали за упоминание смайликов и за пренебрежительный тон, но… он все еще не сводил с меня взгляда. И было там не только пренебрежение, но что-то еще.
Забрав ноутбук, я открыла документ, моментально погружаясь в мир, который пока был известен мне только в теории. Документы, термины, подтекст за милыми, непримечательными фразами…
Я даже не заметила, когда ушел Хьюго, целиком погрязла в пунктах, от которых зависела моя будущая жизнь.
Сразу было понятно, что составлял договор юрист с опытом не одного десятка лет, куда мне до него – вчерашней выпускнице, – но даже если так, я не собиралась соглашаться с самыми, на мой взгляд, кабальными условиями.
Точнее, на взгляд той же Терезы, наверное, это был идеальный контракт – спи с Мальбони, улыбайся на камеру, рожай детей и получи гонорар с кучей нулей. На мой – это выглядело унизительно. У меня было собственное мнение, которое требовало внимания, и от количества денег Мальбони я не собиралась зависеть.
Вычеркнув требования о сексе из договора, вписала запрет на измены для Хьюго. За себя в этом вопросе я была уверена, но все равно обозначила те же условия – никаких мужчин на стороне. Пусть видит, что я не собираюсь шляться направо и налево, он же меня совсем не знает. Внесла пункт о предоставлении мне должности со средним окладом для молодого юриста после колледжа.
Оставила пункты о разделе имущества в случае развода нетронутыми: все, что принадлежало Хьюго, оставалось при нем, а все мое – мне.
Дальше шли пункты о детях, тут я напряглась. Рожать по запросу я не собиралась ни при каких обстоятельствах! Даже отложила работу в сторону, чтобы осмыслить прочитанное. И по всему выходило, что Мальбони желали получить от меня продолжателя рода.