– Во… вода… Пожа…
Джемма спохватилась и сняла через голову спортивную сумку. Блайт почти застонал – тихо, на грани слышимости, – когда увидел бутылку с водой, с которой Джемма торопливо скручивала крышку пальцами, испачканными в земле. Пришлось держать бутылку самой, потому что содержимое едва не расплескалось, когда Блайт попытался взять ее в руки – пальцы у него отказывались сгибаться.
Вода текла по грязному подбородку, но Джемма продолжала держать бутылку – Блайт едва глотал. Кадык дергался вверх и вниз, пока наконец Блайт не закашлялся и Джемма не убрала горлышко от его страшного, синего рта.
– Ты меня слышишь? – спросила она. Блайт кивнул, хрипло дыша. – Говорить можешь?
Снова слабый кивок."
"– Ты помнишь, что произошло? – медленно и раздельно спросила Джемма снова, стараясь заставить Блайта сосредоточиться. Он несколько раз тяжело сглотнул, будто ком в горле мешал говорить, но наконец ответил:
– Вы… Пропали, – прохрипел он, но на этот раз в его голосе было больше жизни, чем в том предсмертном шепоте.
Джемма кивнула и, прервавшись, помогла ему сделать еще один глоток.
– Оно шло за мной… Догоняло. – Блайт содрогнулся, как будто это «оно» и сейчас находилось позади Джеммы.
Сдержавшись, чтобы не оглянуться, Джемма только сжала рукоять пистолета. Речь Блайта стала бессвязной:
– Оно… оно было там… Оно…
Но она прекрасно поняла, о чем он говорит.
– Оно шло за тобой, – повторила Джемма, возвращая его спутанные мысли к порядку.
– Я побежал… – Голос Блайта до сих пор звучал испуганно, и в этом, черт возьми, Джемма тоже его понимала. Удивительно, сколько у людей и чудовищ становится общего, стоит им разделить одну веселенькую ночь в лесу. – Не знаю сколько… Быстро выбился из сил…
Джемма опустила взгляд на его руки, безвольно лежавшие на животе. Они все еще оставались связанными, и смотреть на то, что у него сейчас было вместо запястий, Джемме совсем не хотелось.
А сейчас Блайт не мог поладить даже со связной речью.
– Оно шептало… – всхлипнул он. – Прямо мне на ухо… Оно было здесь, такое реальное…
Его больные, красные глаза метались по мраку, который сгрудился вокруг, словно подслушивая.