— Мне очень серьезно нужно обдумать наказание.
В конце концов, я ведь совсем не дура, чтобы официально отказываться от жалобы и развязывать этому Четтеру Грину руки. О, какое кислое выражение на его лице. Смотреть приятно. Осталось полюбоваться на то, как он будет выглядеть после допроса Лефиуса, ведь он последний из проверяющих, кого высший демон не расспрашивал.
К моему огромному разочарованию, после допроса Четтер Грин выглядел все таким же спокойным и, кажется, даже самодовольным. Да и само «мероприятие», организованное Лефиусом, закончилось на удивление быстро: не прошло и пяти минут.
— Что-то не так? — спросил Краус.
— Все не так! — пожаловался Лефиус. — У него все в голове не так, редкостный кавардак, ничего непонятно, нужную информацию не найти. Нормальные люди выстраивают защиту в виде стены, а не того бедлама, который я увидел.
— Уж извините, защищаю свою голову как умею, — ехидно заметил Четтер Грин.
Впрочем, его ехидство было недолгим — до первого взгляда Лефиуса и удивленных шепотков остальных магов. Еще бы! Право на выстраивание любого формата защиты разума давалось не каждому магу. Например, маг, способный читать мысли, получал защиту, чтобы сдерживать свои способности. Или же так оберегали королевский особ и высокопоставленных магов. Эта защита имела много плюсов, но обладала одним значимым минусом, из-за которого ее и не разрешали использовать: она не позволяла полноценно дознавателям и магам правопорядка проникать в голову подозреваемого в особо тяжких преступлениях, чтобы узнать какие-то конкретные события.
"Так что установка ментальной защиты без официального разрешения запрещалась, а виноватыми оказывались двое — и тот, кто устанавливал, и тот, кому ставили.
— И с каких пор у вас стоит ментальная защита, маг Четтер Грин? — вкрадчиво спросил Краус, вставая со стула и приближаясь к магу.