Пропади пропадом этот коньяк. Зачем Борис наговорил Липе всех этих гадостей?! Как будто сейчас это имеет какое-то значение – как у них было когда-то. Он метался по квартире, но никак не мог решить, как правильно поступить – ехать к ней домой или ждать, надеясь на ее разумность? Мысль, что Липа может вернуться, была какой-то абсурдной – в свете того, как они поговорили – но почему-то никак не желала покидать головы Бориса. Нечисть, ради разнообразия, не мешалась у негo под ногами, а с дивана наблюдала за его метаниями.
В ко?це концов, Борис не смог усидеть в квартире, накинул куртку и вышел из дома. Там ещё походил кругами около подъезда, дергаясь на каждую въезжающую во двор машину.
Нет, ожидание – не его конек, а терпение никогда не было его сильной стороной. Борис покосился на свою машину, припаркованную неподалеку от подъезда. Ему казалось, что он протрезвел совершенно и может сесть за руль. Но через несколько секунд сам себе покачал головой. Нет, это ложное ощущение. Промилле в крови никуда не делось за пару часов.
Значит, надо вызывать такси.
***
Телефон разразился звонком. ?ля взглянула на экран – Борис. Она без раздумий перевела аппарат в беззвучный режим. Нет, Боренька, не о чем нам с тобой говорить больше. И так уже сказали достаточно. Завтра поговорим – и исключительно по делу. Оля решительно убрала телефон в сумочку и уставилась на мелькание огней в темноте за окном.
Она не могла не думать о том, что произошло в квартире Бориса. О том, что они друг другу наговорили. Это просто сверлило ей мозг.
Начала Оля с себя, конечно. Зря она сказала Борису про то, что он только о скальпеле и думает,и что умеет только людей резать с утра до вечера. Ведь если бы не Борис, не его высочайший профессионализм, не его золотые руки – ещё неизвестно, что бы с самой ?лей было. Он… он, наверное, ей жизнь спас.
Ужасно. Ужасно, что она оказалась такой неблагодарной.
Оля усилием вoли заставила себя прекратить заниматься самобичеванием,и ее мысли тут же перешли к тем словам, что сказал ей Борис. И тут же щеки вспыхнули горячо.