Потому что, уверен, у тебя были и другие преступления. Об исчезновениях рядом с Драконьим Скелетом давно говорили…
– Все ради могущества и вечной жизни! – в глазах Мейсона вспыхнула одержимость.
Он резко сжал пальцами клинок. Так, что еще немного – и он обагрился бы кровью. Вместо этого пальцы Мейсона ярко вспыхнули ядовито-зеленым светом. Магия огнем прокатилась по мечу.
Юлиана, не ожидавшего такой подлянки, отбросило через все помещение. Я рванулась в оковах, не в силах помочь. А его швырнуло прямиком на подставку с хрустальным шаром, вырубленную прямо в камне.
– Нет!.. – слетело с моих губ.
«Ну же… давай, вставай, пожалуйста… открой глаза!» – взмолилась я про себя.
Юлиан замер. В свете оплывших свечей и ярких символов его лицо резко побледнело. Мейсон ногой оттолкнул меч подальше.
Я забилась в оковах, как пойманная птица. Снова попыталась использовать магию, не обращая внимания на боль, пронзившую все тело. Такую сильную, что слезы хлынули из глаз.
Мейсон подошел ко мне. Одним жестом он разомкнул оковы.
Я отчаянно бросилась вперед, собираясь ударить в челюсть хорошо отработанным приемом. Мейсон с легкостью перехватил мое запястье, заламывая руку за спину. Он толкнул меня, приложив о стену. Не столько больно, сколько унизительно. Я рванулась, пытаясь высвободиться.
В этот момент магические путы кольцами обвили все тело. Мейсон схватил за них, как за веревки. Я попробовала упереться в пол ногами, извиваясь всем телом.
Мейсон подтащил к камню, где лежала Энни. Он швырнул меня к ней. Пусть и связанная, будто замотанная в кокон, я попыталась подняться. Однако магические нити вспыхнули ярче, притягивая к камню. Ни вырваться, ни шевельнуться. Мне осталось только извиваться в путах, рыча от бессилия. Перед глазами все размылось из-за слез. Я зло заморгала, пытаясь сморгнуть их, и повернула голову набок.
Юлиан, поморщившись, начал приходить в себя. А Мейсон, подобрав кинжал, как раз начал поворачиваться в его сторону, чтобы глянуть на часы.
«Нужно отвлечь его! Иначе он просто добьет Юлиана, чтобы не помешал!» – мелькнуло в голове, и сердце быстро-быстро зашлось в панике.
Пока я лихорадочно соображала, как бы привлечь внимание, в Мейсона полетел камень. Совсем небольшой, он тюкнул в затылок.
– Что за?.. – Мейсон потер голову, оборачиваясь.
Моя мама пришла в себя.