Я вытянула руку вверх и, как сдуревший супермен рыбкой нырнула в вазу. Вернее, как супервумен. Которая отыскала кольцо, ура!
Вон оно, на дне поблескивает загадочно. Еще чуть-чуть и достану! Потянулась изо всех сил, привстала на цыпочки, а потом мыски ботинок соскользнули и… Я осталась торчать ногами вверх из вазы, как какая-то долбанутая роза!
Кривая пентаграмма, я что, застряла?!
***
Попытки вылезти из вазы успехом не увенчались. Вторую руку, прижатую к телу, намертво зажало горлышком зловредной вазы. И сколько я не ворочалась, перестать изображать рыбешку, застрявшую в пасти хищника покрупнее, не смогла.
Добилась лишь того, что юбки платья задрались, и теперь любой мог полюбоваться моими золотистыми панталончиками, которые здесь вместо привычных землянкам трусиков. Какой кошмар! Этак мадам Туан скоро окончательно свой авторитет у слуг растеряет!
– Пузя! – позвала в панике.
– Да здесь я, – отозвался он тут же. – Давно уже. Любуюсь.
Скосив глаза, я смогла разглядеть дракончика, который сидел рядом с вазой и угорал, наблюдая за своей непутевой ведьмой.
– Помоги, а? – взмолилась, даже не став ругаться. – С меня гора шоколада! Честное гаррипоттеровское!
– Как? – логично осведомился он. – Ты теперь доходяга, конечно, но я раз в десять меньше, чем надо, чтобы тебя оттуда вытащить. О, кто-то идет! Кричи громче, Дара!
Позор мне на метлу! Вечно нахожу приключения на то, что из вазы торчит сейчас, обрамленное золотистыми кружевами! Я вздохнула. Позориться не хочется, но чего делать-то? Набрала побольше воздуха и заорала:
– Помогите!
Услышав шаги, обрадовалась.
Тьфу, и о чем я только думаю! Надо выяснить, кто пршел мне на помощь. Я скосила глаза и через прозрачные бочки жестокой вазы, взявшей меня в заложники, увидела мужские ботинки. Очень знакомые.
– Мия, что ты делаешь, позволь узнать? – спросил Туанар.
– Торчу из вазы попой кверху, разве не понятно? – огрызнулась в ответ.
– Любопытно. А зачем сей занятный маневр?
– У всех свои причуды! Тебе зачем это знать?
– Просто как ни напрягаю воображение, ничего путного придумать не могу!
В голосе послышались ехидные нотки.
– Тебе смешно? – я обиделась. – Развлекаешься?
– Мне точно не так весело, как тебе, дорогая.