Думаю, скоро найдутся куда более веские причины вспоминать ругательства.
– Да, все хорошо, – ответила надоедливому и улыбнулась.
Чужой голос прозвучал странно для восприятия – пискляво как-то. Мышцы тоже слушались с трудом. Даже язык ворочался во рту с натугой. Ничего, это пройдет, когда привыкну немного к новому телу. Кстати, несмотря ни на что, мне должна быть доступна память предшественницы, той самой Мии. Вот, например, что это за мужчина сидит напротив?"
"Память молчала, как служба поддержки банка, когда украли кредитки и надо срочно их заблокировать, сыграв с грабителями в игру «кто быстрее».
Я попыталась «копнуть» глубже, но ответа все равно не нашла, вокруг кружилось столько обрывков информации, что отыскать в них нужное не представлялось возможным. Это как если бы ваш дом взял в руки великан, потряс минут пять – с удовольствием, будто коктейль себе взбивая, а потом вам предложили отыскать внутри любимые серьги.
– А у тебя как дела? – спросила я у парня, надеясь, что не попаду в затруднительное положение с таким невинным вопросом.
– Жениться хочу! – заявил он.
Ага, вон оно что! Надеюсь, не на мне. А то как-то многовато претендентов за столь малый промежуток времени!
– Поздравляю! – вновь улыбнулась.
– Поможешь?
– С чем? – озадачил, признаюсь.
– С женитьбой.
– Почему я?
– А кто еще? – парень хмыкнул. – Ты же сваха!
Я?! Сваха?! Чуть не подпрыгнула на стуле.
Ну ничего себе заявочки! У судьбы определенно черное чувство юмора – по крайней мере, у моей так точно! Сбежать из-под венца и угодить в тело свахи?! Только Дарьяна на такое способна!
Память Мии вдруг прояснилась, оттуда как извращенец со спущенными штанами из-за угла, вынырнула информация – она действительно сваха, хозяйка брачного агентства.
– Не думаю, что смогу тебе помочь, – пробормотала я.
– Наоборот, только ты и сможешь, – надоедливый субъект подошел ко мне и вдруг, обхватив за талию, рывком поднял со стула и прижал к себе.
Полные губы, на которых сияла игривая улыбочка, потянулись к моему лицу. Ах так, да? А не пошел бы ты… к травматологу?! Я с силой зарядила ему коленом в пах и удовлетворенно кивнула, когда он охнул и согнулся, хлопая глазами.
Сама едва устояла на ногах, когда гаденыш отпустил. Все-таки к чужому телу надо привыкнуть. А то пока что ощущения, как у кошки после наркоза – лапы не слушаются, попу заносит юзом, позвоночник прогибается, будто в бантик решил завязаться.