— Стой!
Аватар уходит… Аватар бога, что затих ещё до появления орков в этом мире… Она иль он доходит до пролома в городской стене, обращая во льдины тварей диких… и закрывает за собой всю брешь корнями в тридцать метров высотой.
Охотник отмер. Сигналов жизни в доме было два. Дитя, второе! Оно живо.
— Врача! — кричит он. — Скорее сюда. Здесь раненый!
…
Акт четвёртый. Горы Анды.
Южный жаркий континент. Апрель, но тут тепло. Разлом, треск сминаемого пространства — выходит из него фигура изо льда, земли и древесины.
— Ты забудешь, — шепчет ветер.
— Не смогу, — отвечает парень.
— Я помогу, — звук вихря будто усыпляет, и дитя прикрывает глаза. — Вот так. Не помни. То не нужно. Жизнь продолжается.
Аватар уверенно и чётко шагает сквозь чащобу леса. Здесь обитают монстры, здесь малолюдно. Тут обосновался тот, кого боится вся округа.
Шаг, другой. Фигура из земли и льда ступает молча. Но вот навстречу ей из дверей у пещеры показывается он. Высокий старик, смуглокожий, с выправкой солдатской. Ни капли страха, ни грамма божьего почитания. В глазах читается стальная воля. Живое пламя из костра бежит к старику, словно щеночек. Лижет руку, взбирается наверх и замирает гривой дивной.
— Чего тебе? — грубо, без прелюдий бросает он.
— Ты должен мне, — воет ветер.
— Ты… не Иггдрасиль? — он хмур. — Пошёл ты! Я никому ничего не должен.
— Ты. Должен. Мне, — рокочет в гневе ветер. — Вы ВСЕ должны мне. Целый мир.
Грохочут скалы, замерзает лес, дух в гневе. Огненная грива старика трепещет.
— Граут… — старик прикрывает рот ладонью в неверии. Слеза стекает по его щеке. — Стена Древних, двадцать лет назад… Говорили, что ты ушёл… Я им не поверил…
— ТЫ. Должен. Мне, — ветер ревёт, создавая над домом око снежной бури.
Старик кивнул, принимая из рук аватара раненое тело.
— Похож. Значит тоже шило в…
— Кайрон! — ветер рычит, воздух сжимается и принимает фигуру человека. Мужчина средних лет. Одежда… то неважно. Он наклоняется, целует в лоб дитя на руках у старика.