Вот так, понимаешь? Твой святой Анатолий давно готовился к захвату «Империи»! А ты… Предательница! Какое ты имела право передавать ему то, что тебе не принадлежало? Хотела наказать мою мать? Согласен, она заслужила, но ведь эти акции, со временем, были бы мои! Ты и меня наказала! Меня-то за что, Лена? И что ты выиграла? Надеялась, что этот проходимец на тебе женится? Глупая, он сын шейха! Такие, как он, не женятся на разведёнках! Максимум на что ты ему сгодишься – на роль обычной любовницы, девочки по вызову… А я дал тебе всё – имя, дом, достаток и положение в обществе!
До Елены донеслось сопение и звуки борьбы, и Марк ""сменил пластинку"".
- Лена, прости, я не то говорю, это эмоции! Постой, я не могу тебя потерять! Я тебя люблю!
Крики Марка стихли, отсечённые подъездными дверьми.
На автопилоте она поднялась на лифте, вошла в квартиру, порадовавшись, что Инны сегодня нет, и заперлась в ванной.
У Марка получилось её задеть. Ещё как получилось!
Сначала она его даже пожалела – выглядел мужчина не очень: помятый какой-то, не одежда, нет.
Впрочем, немудрено – кроме развода, в переживания из-за которого она не очень верила, на Марка свалилась утрата контрольного пакета акций семейного бизнеса, который теперь уже не совсем семейный. И болезнь матери.
Она не особенно вникала, но слышала, что императрице стало плохо на внеочередном заседании акционеров «Империи Семерик», и ту положили в больницу. То ли инфаркт, то ли инсульт.
Где она сейчас, и что с ней – Лена не интересовалась. Главное, что Ирина Аркадьевна оставила бывшую невестку в покое – от одной мысли когда-нибудь с ней встретиться Елену до сих пор бросало в дрожь…
Да, она успела пожалеть бывшего мужа – кому, как не ей знать, насколько тяжело любить безответно? Конечно, если он на самом деле умудрился влюбиться в экс-супругу, а не говорит это, чтобы просто её вернуть. Но после того как мужчина бросил ей в лицо обвинения в измене, вся её жалость улетучилась, как дым.
Конечно, она сумела достойно ответить бывшему мужу и гордо уйти, но сейчас, когда её никто не видит, можно было не сдерживать чувств и эмоций.