- Просто я же вижу, что происходит. Простите, это не моё дело, но молчать уже нету сил! Вы так сгорите! Сердце себе посадите, нельзя всё держать в себе!
- О чём это вы? – повторила Елена.
- Марк Андреевич, - как бы это помягче сказать…, - бабник! По-простому – блядун! И сам по себе он не угомонится, а девки знаете, какие бывают? У-у! На ходу подмётки режут: не успеет мужик опомниться, как его окрутят, дитёнком привяжут, а вам от ворот поворот! То есть, развод. На молодого, пригожего да богатого очередь.
- Любочка, вы правы, это не ваше дело. Потом, у нас с Марком Андреевичем свободные отношения, это и в брачном договоре стоит. Я знаю, что супруг иногда отдыхает на стороне, и совсем не против. Идите, Любочка. И завтра, повторяю, возьмите выходной.
Домработница покачала головой, сделала два шага к двери и остановилась.
- Уж не знаю, что за договоры такие, и почему вы согласились терпеть такое, только не дело это! Вы сами себя сжигаете, и я прямо по дням могу сказать, когда Марк Андреевич уходит налево – у вас же в эти дни всё из рук валится! И ходите сама не своя.
- В каком смысле? Тоже пойти… налево?
- А хоть и так! Но это крайний случай, а по-хорошему, вам бы с супружником поговорить по душам! Он же, Марк Андреевич, не плохой человек.
- Ладно, Любочка, спасибо за заботу. Я подумаю.
- Вот и хорошо! Вот и подумайте, - обрадовалась женщина.
Елена ещё несколько минут сидела, бездумно глядя на закрытую дверь, потом взяла чашку, отхлебнула вкусно пахнущий чай.
Поговорить не вариант, Марк не раз подчёркивал, что у них такие гармоничные отношения и полное согласие в семье, потому что они не влюблены друг в друга. Если она признается, что любит, что умирает каждый раз, когда он ей изменяет, то их браку тут же наступит конец.
Её забота и безотказность тоже не помогают – как бы она ни старалась, «не выходит Каменный Цветок»! Муж ей благодарен, ценит, бережёт, но не больше.