Как тогда тот Нестор сказал, ты случаем в наш старый клин втянута оказалась, видно, чтобы этот узел наконец-то был разрублен…
Еще надежней подвинув ее к себе, Захар вздохнул. Как бы там ни было, а события сегодняшнего, или, вернее, уже вчерашнего дня, обошлись им недешево. Уткнулся в макушку жены носом, глубоко вдохнул, ароматом ее волос стремясь для себя все иное перекрыть. Зоряна поерзала, словно он все же придавил ее бок, хотя Захар все помнил и был бережен.
— Таки затащу тебя сейчас на рентген, — сонно пригрозил.
— Да нормально у меня все с ребрами, Захар! — рассмеялась Зоряна. — Не надо мне на рентген. Больше того — нельзя… — как-то лукаво протянула, заставив его встряхнуться. Потянула вниз их переплетенные руки и накрыла свой живот… — И если ты уж про Нестора вспомнил… В ту ночь, когда мы мое прошлое воскрешали, помнишь? Я же в его сорочке была, а она и плодородие в том числе семейное даровать призвана. Подсобили нам, — расплылась в улыбке. — Ну, а мы с тобой ни разу не предохранялись… — жена притихла, но так, не с сомнением, а будто лучась и той новостью, что ему втолковать пыталась, и своим счастьем, и собственным еще недоверием!
Сон как рукой сняло! Вот мигом! Спать уже совсем не хотелось.
Выпрямился, заглядывая в любимые фиалковые глаза. Жадно, пристально всматривался, в самую душу проникнуть старался.
— Уверена? Когда поняла? Почему молчала? — вопросы посыпались, как пулемётная очередь.
— Когда Артема с его женой на обследование сопровождала, — отозвалась любимая с улыбкой, совершенно на него не обидевшись. — Ноги сами отказались порог переступать, в голове, как лампочка замигала. А когда попыталась понять, в чем причина… Тогда и осознала. Сам разве мальчика своего не ощущаешь? — уставилась на него с веселым любопытством.
Захар, все еще пришибленный такой новостью, сейчас, вообще, мало что ощущал, если честно, кроме оторопи.
Ощущение незамутненного и искреннего счастья, крохотного еще совсем. Про мальчонку — это любимая загнула, конечно, — скорее, зернышко света внутри его Зоряны.