Затвор закрылся, и капитан, проверив установку прицела, взял на мушку бегущего прямо на него османийца в синем мундире. В прицеле хорошо были видны желтые пуговицы на синем фоне. Промахнуться с такого расстояния было невозможно, ударом тяжелой винтовочной пули шестидесятого калибра противник отбросило назад.
— Чаще, чаще стрелять!
Капитан успел выстрелить еще три раза, дважды точно попал. Мог бы и в третий раз, но лицо задела выбитая вражеской пулей каменная крошка и он промахнулся. Укрывшись за камнем, Алекс перевел дыхание.
— Гранаты!
Услышав команду, гранатометчики начали поджигать фитили. Капитан успел зарядить винтовку и выстрелить еще раз, прежде, чем через стену полетели черные чугунные шары.
— Укройсь!
Хоть стена и ослабила ударную волну, Алекс почти оглох от близкого взрыва. Как сквозь вату до него донеслись крики раненых османийцев, но рассиживаться в укрытии было некогда.
— Огонь! Продолжать огонь!
Увиденная в амбразуре картина радовала глаз — взрывы гранат окончательно погасили наступательный пыл противника.
Алекс тронул ствол доставшейся ему винтовки — горячий. Ну, пусть пока остынет, пора возвращаться к обязанностям ротного командира.
— Пополнить запас патронов! Унтер-офицерам доложить о потерях!
Солдаты набирали из раскрытых ящиков крупные, тяжелые патроны, наполняли ими опустевшие подсумки. А вот и первый из взводных.
— Господин капитан, в первом взводе двое убитых, четверо раненых!
— Вольно.
Во втором взводе потери были меньше, только один убитый и один раненый.
"— Господин капитан, атака противника отбита!
Что-то лейтенант бледный какой-то. Ага, понятно, солдаты как раз уносили труп своего товарища с закрытой мешковиной головой. Судя по пропитавшей ткань крови, затылка у убитого не было.
— Какие потери, лейтенант?
— Четверо убитых, шестеро раненых.