В проникавшем сверху дневном свете удалось рассмотреть штабель бомб, сложенных для подъема к орудию. Тут же лежали картузы с порохом. Подсветка из соседних люков позволяла понять, что они находятся в длинной галерее, концы которой терялись в полной темноте.
— Есть у кого-нибудь фонарь?
Фонарь нашелся тут же. Небольшой, закрытый стеклом масляный светильник не столько мог осветить путь, сколько выдать идущих с ним солдат, но ничего другого под рукой не оказалось. Оставалось решить, в какую сторону идти.
Еще один ход, уводящий вниз, но на этот раз влево, в сторону внутреннего двора. Под потолком подвешен железный рельс.
— Спускаемся.
Внизу оказалась еще одна галерея, судя по плавному изгибу, кольцом охватывающая весь форт на уровне поверхности земли. Из этой галереи шли проходы в казематы, выходящие во внутренний двор. В этих казематах и обитал гарнизон форта, но сейчас в них не было ни души, что вызывало тревожное напряжение. Окна казематов были закрыты ставнями, но сквозь щели проникало достаточно солнечного света, чтобы рассмотреть детали.
— Идем дальше.
Дальнейший путь указывал все тот же подвешенный к потолку рельс, а он уводил в темную часть галереи. Шагов через десять слева обнаружилась запертая дверь, и тут же один из рядовых запнулся о протянутую по полу веревку. Тусклый свет масляного фонаря осветил странный черный шнур толщиной с палец.
— Режь его!"
"Еще несколько шагов… По полу, весело разбрасывая искры бежал огонек, за ним еще один такой же. Еще немного, и первый исчезнет в щели под массивной дверью слева. Пока Алекс соображал что делать, шедший впереди солдат коршуном спикировал на передний огонек и рубанул, когда только из ножен успел достать, тесаком перед ним. Пшикнув, огонек растаял. Второй, на всякий случай, затоптали сапогами солдаты.