— Зачем, энейре? Зачем?!
Крейн смотрел на него, не в силах поверить в то, что случилось.
Маг с трудом улыбнулся.
Его ослабевшие руки упали вдоль тела.
Заляпанный кровью заговоренный хрусталь с дребезжанием покатился пополю. Лопнул, как мыльный пузырь. Темная прядь волос, что лежала внутри, рассыпалась красными искрами идут же истлела.
— Свершилось, — дрогнули посеревшие губы.
Бездыханное тело мага соскользнуло с меча.
На минуту зал окутало гнетущее безмолвие. А потом раздался язвительный голос:
— Теперь и меня убьешь так же, как старика? Или как убил свою жену? А, братец?
Потрясенный случившимся, оцепеневший от шока, Крей медленно опустил руки и выронил меч.
Безнадежное глухое отчаяние накрыло его. Он смотрел на свои руки, испачканные чужой кровью, на мага, что продолжал счастливо улыбаться даже после смерти, на клинок, упавший со звоном некаменный пол.
А в голову продолжали врезаться, ввинчиваться против воли слова Рильфа, несущие смертельный яд:
— И после этого ты считаешь, что достоин быть лордом больше меня? Ты убийца, Крейн, такой же как я.
"Он пытался закрыться от них.
Он убийца. На его руках кровь невинных. И это правда, которую можно скрывать от других, но не от себя. Это правда, с которой живешь, которая всегда при тебе и ни на секунду не дает забыть о том, что ты сделал.
В конце концов, он устал бежать от себя. От своей истинной сути.
Голос Рильфа понизился до свистящего шепота.
— Ты знаешь, что я прав. Мы с тобой единое целое, брат. Отбрось нелепые законы морали, они для людей — слабых, никчемных человечков. Мы же драконы. Мы подчиняемся только праву сильнейшего. Идем со мной, и я освобожу тебя от предрассудков. Я дам тебе силу, о которой ты можешь только мечтать! Вдвоем мы поставим этот мир накалены.