Но как ты думаешь защищать это дитя, если его мать не знает, с какой стороны ждать удар? Ты не можешь держать меня в неведении, это опасно!
— Опасно для тебя лезть в дела даргов, — он припечатал ее всего одной фразой. — Ты человек. Слабая беременная женщина. У тебя нет ни магии, ни брони. Ты не можешь ответить ударом на удар. А в нынешней ситуации…
Он оборвал фразу на полуслове. Тая услышала скрип его зубов, а потом ошеломлённо уставилась на кочергу, которую он согнул так легко, словно она была пластилиновой.
— В нынешней ситуации я не смогу вывести тебя из этих земель. Мы здесь заточены.
— Как?..
— Император. Он заточил нас в этих краях без права покидать их до отмены приказа.
— Но… подожди, — ее кольнула внезапная мысль, — как же вы тогда женщин воруете? Ведь для этого вам нужно покинуть границы Латгейра?
Дёрг вздохнул и поморщился:
— Это тебе ничем не поможет. Магия, способная открывать порталы на короткое время, есть лишь у лаэрд этих земель.
— А мы… ты не можешь ею воспользоваться?
Крейн невесело усмехнулся:
— Вряд ли.
— Но кому-то ведь он их презентует?
— Да. Своим подхалимам. За верную службу.
Последнюю фразу Крейн выплюнул с таким презрением, что Тая невольно притихла.
— И еще, — проронил он, поднимаясь и возвышаясь над ней, как скала, — магический прыжок в пространстве очень опасен в твоем положении. Так что, даже если бы у нас был амулет, я бы все равно не позволил тебе им воспользоваться.
— Н-но… что же нам тогда делать?
— Тебе — ничего. Я сам обо всем позабочусь.
— Крейн!
Но он уже не слушал ее. Отбросив согнутую кочергу, дёрг вышел из кухни и аккуратно притворил за собой двери.
— Вот же ж… драконнике чертов! — выругалась Тая, сметая со стола начищенную тарелку.
Та со звоном ударилась об пол, покатилась, задребезжала, закрутилась юлой и замерла донышком кверху.
Тая нагнулась, насколько позволил живот.
На донышке, нагло подмигивая в свете огня, сиял уже знакомый дракон.
Герб. На дне тарелки был выбит герб. Но прежде, из-за плотного слоя патины, он был почти не заметен.