В спальне давешняя горничная как раз расстилала на покрывале ее платье, сухое и не носившее ни малейших следов вчерашнего компота. Аккуратно положила поверх Дашино бельишко, пакет с колготками, вышколенно спросила:
– Какие будут пожелания? Машина готова.
Даша запустила два пальца в кармашек и, убедившись, что он пуст, сказала:
– У меня тут лежала важная бумага…
– Простите? – с кукольного личика на нее смотрели невиннейшие глупые глазищи. – Там ничего не было, честное слово… Мы бы непременно заметили, здесь ничего не пропадает…
– Не было?
– Не было, – заверила куколка.
«Бесполезно, – подумала Даша. – Значит, вот так…» Она прекрасно помнила вчерашние мизансцены: вот Роман уперся в них с Волховичем тяжелым взглядом, аккурат когда полковник совал ей в кармашек загадочную бумажку… вот он бережно поднимает обгоревшую половинку другой, прячет, ничуть не обинуясь тем, что пачкает пеплом карман дорогого пиджака…
Возможно, как раз для этого и понадобилось опрокидывать на нее жбан с компотом.
– Телефончик, обворожительная… – с надеждой пророкотал полковник, когда она, уже одетая, шла по каминной.
– Проще простого, – сказала Даша. – Ноль один, ноль два, ноль три.
Через пять минут она покидала «Золотую падь», вольготно сидя на заднем сиденье темно-синего «форда».
В случайности она не верила. Загадочную бумажку, больше всего похожую на денежку, купюру, ассигнацию, у нее постарались изъять вполне целеустремленно и якобы невзначай. Случайно, без причины такие вещи не происходят. Нажравшись и желая произвести впечатление, полковник нечаянно приоткрыл краешек какого-то темного секрета, и пришлось срочно импровизировать на ходу, из-за спешки не утруждая себя тонкостью разработок.
Этикетку подыскать легко: очередной денежный суррогат. На необъятных просторах России их давно уже развелось превеликое множество.