В консервирующей смазке, только протереть – и можно пускать в дело. На магазинах эксперт нашел мелкие отпечатки, сейчас фиксирует.
Почему-то Даша нисколечко не удивилась – автомат и автомат, плевать, сам по себе он остается форменной ерундой, неясно, с чем его хотят связать устроители…
Видимо, у Галахова родились примерно те же мысли, он даже легонько пожал плечами:
– Ну, оформляйте по всем правилам… Насчет хозяина квартиры ничего не прояснилось?
– Пока нет. В паспортном говорят, что старый хозяин давно выписался, квартирка, похоже, прошла через несколько рук… – Он выжидательно помолчал и, поняв, что начальство не горит желанием расспрашивать его далее, нырнул обратно в подъезд.
– Как наша конспиративка квартира не проходит? – спросила Даша.
– То-то и оно, что нет… Я уезжаю, Дарья Андреевна. А вы свяжитесь с дежурной частью и от моего имени прикажите быстренько подбросить сюда полдюжины омоновцев. Чует мое сердце, Бек сюда очень быстро пошлет щелкоперов, отгонять придется, как мух поганых… Никаких сомнений.
– С недавних пор, – сказала Даша. – На пульте у вневедомственной. Есть кнопка.
– Прекрасно. И все равно, я вам подошлю Граника, пусть поколдует со своими аппаратами.
У вас, как мне говорили, со старшим группы, что работает по Монро, нечто вроде старой боевой дружбы? То-то вас обоих вчера и задействовали… Вот и отлично.
– Даже так обстоит? – тихо спросила Даша.
– Даже так. И не воображайте, будто я от вас что-то скрываю.
«Дела, – озадаченно подумала Даша. – Во что это меня самым старательным образом впутывают? Надо немедленно прокрутить узловые точки с Воловиковым…»
И сжалась, как от удара, вспомнив, что с Воловиковым ничего уже больше не обкрутит, что он, давно уже захолодевший, лежит наверху.